он подолгу буксовал на одном месте, залипая в окно или точа карандаш до полного изничтожения грифеля. – Ну как сказать, задолбался, – честно ответил Женя, найдя в Иване хоть какое-то спасение от ненавистных многослойных папок с утомительно скучным текстом. Не зная с чего начать, он решил зайти с их последнего с Иваном расследования. – Помнишь ту бабку, которую типа пожевали? Так это, прикинь, она сама себя сгрызла, вот умолишенка старая, – с искреннем энтузиазмом поделился деталями экспертизы Женя. Иван ответил деланным удивлением, скорее, оттого что Женя не сообразил это еще тогда, в доме бабы Светы. «Идиот!» – напомнила о себе изнанка мысленным наваждением, Иван проигнорировал ее, в корне задавив знакомое подстрекание. – Их уже и хоронить негде, – продолжал распыляться Женя на повышенных тонах. – Кладбища битком, сейчас формируют новые, на окраинах и даже за областью, на пустырях. Родным не сообщают, где, потому что адресов там нету, лес и лес, хер его разбери, как объяснить. Приходят периодически ругаться, но нам, как ты понимаешь, похуй. – Женя расплылся в довольной улыбке. В ответ Иван снисходительно, еле уловимо повел уголками губ вверх, Женю такая реакция вполне устроила. – Еще вчера парни приволокли какого-то психа, в итоге оказалось, что это местный поп, прикинь? Поехал на своей вере. Всегда знал, что в церковь идут одни извращенцы, чтобы детей узаконенно лапать, да фанатики разные, это они на людях такие благостные, а на деле... – как заведенный, продолжал вещать Женя, ему неистово требовалось выговориться, так что Ивану даже не приходилось выуживать для себя полезную информацию. 242 Жирнов Михаил. Карамыш – С чем взяли? – перебил его Иван, не желая более выслушивать Женину теорию, касающуюся церковных служащих. – За агитацию против советской власти, – ответил он. – Стращал ямугских, брехал дурь всякую, там и так сейчас несладко, сам понимаешь. Парни по секрету сказали, что его по наводке свыше убрали, поедет теперь рудники копать, а может, и к высшей мере, за антисоветскую пропаганду и шпионаж. Интересный, в общем, персонаж. – А где он сейчас? – поинтересовался Иван, вспомнив слова Карена о загадочном колдуне, что предсказывал повальный мор жителям деревень. – Вроде в сизо его до вечера определили, будут решать. Иван отметил для себя данный факт, если останется время, можно будет посетить странного священника, пока его не устранили. – У тебя-то как? – переключился на Ивана Женя. – Слыхал я про твоего пацана и вообще… Наконец они подошли к интересующей Ивана части так плавно и естественно, что лучше и придумать было нельзя. Иван понимал, что рано или поздно Женя заикнется об этом и захочет обсудить с ним детали произошедшего, чтобы потом растрепать их каждому встречному в отделении. Собственно, за этим Иван и наведался к нему. Устами Жени говорила вся милиция, и, если он что-то знал об этом, с большой долей вероятности, знали все. Ивану необходимо было убедиться, что его ни в чем не заподозрили, что он, как и предполагалось, выступает в качестве потерпевшего в случившемся инциденте. Необходимо было избавиться от назойливой паранойи, которая терзала его, заставляя постоянно оборачиваться в страхе. – Неприятная ситуация, – расплывчато вполголоса ответил Иван, позволяя Жене говорить. – Понимаю, мы все тебе сочувствуем, думаю, его скоро найдут, – с состраданием произнес Женя, хотя на самом деле всем было плевать, в том числе и ему. – Как Никитка? Ему лучше? 243 Часть 5(4) – Сегодня собирался навестить его, – изображая признательность, ответил Иван. – Здоровья парню, такое пережил… – продолжил сердобольствовать напарник. – Практически весь дом съезжает, слышал? Иван пожал плечами. – Люди как прознали, что в той квартире произошло, тут же повыселялись, кто на продажу выставил, кто государству передал, в общем, свинтили по-быстрому, и я, знаешь, их прекрасно понимаю. Патологоанатомы рассказывали, что такой жести давненько не видали, еле труп опознали. Никите твоему повезло, что этот монстр до него не добрался, что ты вовремя объявился. Что все так закончилось… Иван с благодарностью кивнул головой, его план сработал, по крайней мере, до этого момента никто не убедил его в обратном. Повесить все на соседа Никиты, а самого его упрятать от всех подальше, напичкать препаратами, чтобы тот не болтнул лишнего, пока Иван занимается правительственным расследованием. Таков был сценарий и, похоже, во всеобщей суматохе никто не стал разбираться и принял показания Ивана за чистую монету. Пришлось подогреть врачей и шофера скорой помощи, но это было малой жертвой, нежели вытаскивать Никиту из более серьезных проблем после. Маша бы просто свихнулась на этой почве и почти наверняка выела бы Ивану мозг. «Получилось!» – мысленно торжествовал Иван, уже не слушая Женю, который что-то оживленно тараторил ему на ухо. – Мне пора, Жень, рад был поболтать, – оборвал он напарника на полуфразе. Тот раскраснелся, захваченный собственным рассказом, промямлил невнятное, затем растеряно произнес: – Ну ладно, бывай. Пожали руки, у Жени ладонь оказалась неприятно влажной от пота. Изнанке тут же захотелось обтереть ладонь о рубашку 244 Жирнов Михаил. Карамыш напарника, Иван не позволил ей этого сделать, подхватил свою служебную фуражку со стола и в спешке покинул душный кабинет. *** В салоне автомобиля застоялся ядреный аромат синтетической ванили, испускаемый миниатюрным ароматизатором в виде плоской однотонной елочки, подвешенной на зеркало заднего вида. Она нервно подрагивала на кочках, с каждой секундой источая из себя тошнотворно-приторные молекулы. – На заправку заедем? – вскользь бросил таксист, заранее обозначив поворот. Иван промолчал, так как его мнение мало что решало в данной ситуации, к тому же изнанка неспокойно ерзала в грудине и в любой момент могла заявить о себе. Иван насильно сдерживал ее, от этого не растрачивался на лишние разговоры, которые ни к чему не вели. Таксист, одетый в подобающую профессии кожаную дубленку коричневатого оттенка, резким рваным движением открыл дверь, покинул свой рабочий транспорт и направился к бензоколонке. Иван, удостоверявшись, что шофер не смотрит в его сторону, тут же сорвал осточертевшую душистую вещицу, заполонившую своим смрадом весь салон, кинул на ряд задних сидений. На этот раз изнанка была ни при чем, и это была исключительно его, Ивана, инициатива. По возвращении таксист, как и ожидалось, пропажи не обнаружил, благо ехать оставалось всего ничего. Психиатрическая лечебница, куда Иван на неопределенный срок определил своего свояка Никиту, располагалась в живописном сосновом бору, в отдалении от населенных пунктов. Последнюю часть дороги таксист спрашивал, Иван нехотя отвечал, исключительно в такой последовательности. 245 Часть 5(4) Обсуждали недавнее удачное приземление космического корабля «Союз-35», а также забастовку горняков в шахтах близ Карамыша. По прибытии таксист пожелал Ивану удачи, Иван же в отместку расплатился без сдачи. Перед тем как войти на территорию лечебницы, он остановился на мгновение – поймать здешнюю тишину, равномерный шелест крон вековых сосен… У центрального крыла, к которому стелился невысокий лестничный пролет, его встретил санитар, возрастом чуть младше Ивана, широкоплечий и коренастый. – Я к родственнику, вчера поступил, Никита Мастюгин, – пояснил Иван цель своего визита. В ответ санитар молча кивнул и учтиво сопроводил посетителя в здание лечебницы. Внутри было мертвецки тихо, под стать окружающей обстановке. Санитар проводил Ивана по длинному коридору с высокими арочными потолками, жестом открытой ладони пригласил его в кабинет главврача, затем поспешно удалился, возвращаясь к своим прямым обязанностям. Вполсилы дважды постучав в дверь, Иван чуть приоткрыл ее, спросил: – Можно? – Заходите, – раздался голос по ту сторону. Заведующий лечебницей сидел за своим рабочим столом, завидев Ивана, вышел поздороваться лично, за руку, поскольку не так давно получил от него солидную компенсацию за молчание. Высокорослый, преклонного возраста врач обладал внешностью, идеально сочетающейся с занимаемой должностью. Острые черты лица, винтажные очки с идеально круглыми окулярами нацеплены поверх носа, благородная седина. – Сержант, – поприветствовал он гостя, – у меня для вас весьма неоднозначные новости. – Говорите, – изрядно напрягшись, попросил доктора Иван. 246 Жирнов Михаил. Карамыш – Пациент Мастюгин болен недугом, мне не знакомым, а я, поверьте, повидал многое. Доктор сделал паузу, расставляя важные для изложения акценты. Иван взглядом призвал продолжать. – В отношении данного пациента было много вопросов, он никак не реагировал на седативные препараты, которых, по обыкновению, бывает достаточно, чтобы добиться нужного эффекта умиротворенности. В конечном итоге мы коллегиально пришли к методу использования сильнейших из имеющихся нейролептиков и атарактиков. Эксперимент не дал положительного эффекта, пациент кидался на сотрудников, пытался навредить себе посредством укусов вплоть до повреждения собственных эпителиальных тканей. Сейчас Мастюгин содержится в специальном блоке для буйных пациентов под постоянным наблюдением. Хотите взглянуть? Иван тупо кивнул в ответ, не до конца усвоив шокирующие факты, которые с трудом укладывались в голове. – Пройдемте со мной, – позвал за собой доктор, сня