его свете и направился поздороваться с их возможным спасителем. – Семен, – нехотя представился он. – Валентин. Голос парня звучал еще слишком молодо, Сенька предположил, что ему было не больше восемнадцати лет. – Нам бы домкрат, если бы ты выручил, мы были бы очень благодарны, – начал Иван. – Домкрат… – вполголоса вторил Ивану Валентин и поправил рукой кепку на затылке. – Есть такой. Иван довольно кивнул. Через какое-то время процесс по замене колеса запустился полным ходом. Семена запрягли раскручивать гайки, чтобы снять поломку. Ему это, к слову, не очень понравилось, но возражать все же не стал. Валентин рассказывал что-то про свою младшую сестру с множеством ненужных и ни о чем не говорящих им подробностей, будто бы они были знакомы много лет. Семен в диалоге участия принимать не желал и молча занимался своей частью работы. – Послушай, Валя, – перебил парнишку Иван, которому, по-видимому, так же, как и Сеньке, явно наскучил задушевный рассказ, – не подскажешь, как далеко от нас до ближайшего поселка? Наши друзья ушли искать помощи уже часа три назад и до сих пор не вернулись. – Так тут нет ничего, – удивленно ответил Валентин. – Как нет? – в первый раз подал голос Семен. – Тут поля да болота вокруг на многие километры. До деревни Черное Поречье вперед по этой дороге верст десять. 28 Жирнов Михаил. Карамыш Иван резко переменился в лице, Семену показалось, что он даже побледнел. – Проезжавший мимо старик заверил нас в обратном, – сказал Иван. В голосе его читалось явное беспокойство и тайная надежда, что парень все-таки ошибся. – В этих местах есть только одна божья нивка, так только туда никто не ходит. – Что, прости? – переспросил Семен. – Могильник, – пояснил Валентин. – Дорога туда всем закрыта, ты сам понимаешь, кто там лежит… Валентин неоднозначно посмотрел на Ивана. Глаза того округлились еще шире, он подался чуть назад, отшатнулся, как пьяный, потеряв равновесие. – Прямо тут? Как такое возможно? Я совершенно не мог предположить... – начал бубнить себе под нос Иван. Он был явно чем-то напуган и ошарашен. Семен, не осознававший, что вообще происходит, переводил недоуменный взгляд то на Ивана, то на паренька. – Может, кто-то объяснит мне что-нибудь? – недовольно сказал он. – Отвези нас туда, наши друзья, они же даже не представляют, куда пошли, – очень настойчиво принялся выпрашивать у паренька помощи Иван. Валентин тотчас отпрянул назад. – Ни за какие деньги! – испуганно ответил он. – Даже не проси. Вы, ребята, лучше бы убирались отсюда побыстрее. Валентин отрицательно закачал головой и начал медленно отходить назад, к своей машине. – Ты же понимаешь, они погибнут там! – крикнул Иван и кинулся к парню. Семен вздрогнул от неожиданности, он явно не ожидал такого поведения от вечно угрюмого и мертвенно спокойного Ивана. Валентин резко развернулся на месте, теряя равновесие, 29 Часть 1(1) завалившись вперед, широко откидывая назад ноги, помчался к машине. Иван не стал его догонять. Двое, оставшиеся у обочины, взглядом проводили зеленую «Ладу», промчавшуюся мимо них с визгливым присвистом из-под колес. – Давай заканчивать, – строго прикрикнул на растерявшегося Семена Иван. – Времени нет, потом все объясню. Семен решил довериться их проводнику и без лишних вопросов принялся за дело. Ему на мгновение показалось, что в воздухе засмердело мокрой шерстью. «Я был прав!» – проносились в его голове мысли одна за одной. Их поход оказался под угрозой, так и не успев толком начаться, и он, Семен, мог это предотвратить. Солнце понемногу сползало за горизонт, от этого воздухе повеяло прохладой, вечерело. Робко застрекотали сверчки. На болоте, тут и там, послышался плеск мутной воды, это лягушки, нагретые, возможно, последним теплым ноябрьским солнцем, скрывались под высокие кусты камыша. Природа умиротворенно засыпала. Пронзительно яркие лучи осветили опушку подле первых захоронений, которая уже погрузилась в топкие сумерки. Вскоре на нее, рыча мотором, ворвался автомобиль и окончательно распугал всю живность неподалеку. – Вот оно, – вполголоса произнес Семен. Иван кивнул в ответ, выглядел он максимально сосредоточенным и напряженным. Остановил машину, немного не доехав до первых деревьев, которые в сумерках казались более внушающими, еле заметно покачиваясь на ветру, будто перешептывались шелестом листьев. Иван заглушил мотор. Включил дальний свет фар, чтобы чаща леса просматривалась как можно дальше вглубь. От открывшегося вида множества могильных крестов у Семена по 30 Жирнов Михаил. Карамыш телу пробежал неприятный холодок, пупырчатыми мурашками предательски отобразившись на руках. – Как будем их искать? – спросил Семен, изображая решительность. Затем предложил свой план: – Разделимся и будем перекрикиваться, чтобы не потерять друг друга. Он мельком взглянул на Ивана. Тот не отвечал, лишь сверлил взглядом пространство впереди. – Можем пойти шеренгой, оставим визуальный контакт, на случай, если что-то пойдет не так. У них наша карта, ты же понимаешь? – Замолчи, – сурово отрезал Иван. Семен не смог скрыть своего недовольства настолько дерзким, по его мнению, поведением подельника, но что-то внутри остановило его от ответа, который явно ни к чему хорошему не привел бы. Семен был заложником ситуации и решил разобраться с наглецом позже. – Идти нельзя, не выйдем, – мрачно произнес Иван. Правой рукой он дернул на себя ручку, находившуюся у левого колена Семена, открылся бардачок. Спустя мгновение он нащупал в нем что-то и затем извлек продолговатый деревянный футляр, окаймленный резными узорами. Семен с неприкрытым интересом наблюдал за происходящим. Внутри оказался лакированный музыкальный инструмент из красного дерева, по мнению Семена, походивший на большую флейту. – Это что? – немного с издевкой в голосе спросил Семен. – Ты играть собрался? Ну да, самое время… Безумие!.. – выразил он свои мысли вслух. – Это дудук, – не обращая внимания на язвительный тон в голосе Семена, ответил Иван. Он бережно достал инструмент из футляра и переложил в карман своей куртки. После Иван вытащил из-под своего кресла внушительный охотничий нож с железной гардой. Это на мгновение встревожило Семена, но затем он увидел, как Иван 31 Часть 1(1) аккуратной полосой разрезает обивку под крышей автомобиля, и облегченно выдохнул, поняв, ради чего все это. Охотничье ружье с деревянным цевьем было хитроумно спрятано между матерчатой обивкой и металлической крышей автомобиля, зацепленное на приваренных к остову железных крючках. Иван с лязгом передернул затвор оружия и передал его Семену. – Умеешь? – спросил он. Его взгляд заставил Семена снова почувствовать то волнение, которое он, Сенька, старался подавлять в себе весь последний час. Семен одобрительно кивнул, хотя толком и не умел стрелять. Оба вышли из машины. Огляделись. Сумерки вокруг сгущались все сильнее. Та дорога, по которой они приехали, была уже трудно различима в сиреневой мгле. – Мы должны проверить, насколько все серьезно. Если парень говорит правду… Любое движение в нашу сторону, любая тень, всё, что тебе покажется странным, – стреляй, не раздумывая, – проинструктировал Иван. – Как я пойму, во что надо стрелять, ты же ничего не говоришь? – с нотками нарастающей паники в голосе спросил Семен. – Поверь, ты поймешь. Семен беспокойно переминался с ноги на ногу, перекладывал ружье из левой руки в правую и обратно, он совершенно не знал, чего ожидать. Вся ситуация казалась ему совершенно невозможной, что всё, что сейчас происходит, это не с ним. Иван подождал еще мгновение. Затем из музыкального инструмента в его руках полилась проникновенная мелодия, наполненная силой и тоской. Она переливалась, становилась громче, плавно меняла свою тональность. Семен слушал эти ласкающие слух звуки как завороженный. Они проникали в душу, цеплялись за сокровенное… Внезапно мелодия оборвалась и эхом растворилась в тишине. Семен напряженно посмотрел в сторону Ивана, затем на 32 Жирнов Михаил. Карамыш освещенное фарами кладбище. Ничего не происходило, совершенно ничего необычного. Повисло давящее ожидание. Хлопая крыльями, взмыла в воздух стая птиц и устремилась прочь. Затем еще одна. Шелест крыльев улетающих птиц раздавался теперь со всех сторон. Птицы, как будто сговорившись, одновременно покидали свои гнезда и места наседки. Это повергло Семена в ступор. Он задрал голову вверх. Вороны, крича, улетали, зазывая за собой своих сородичей, небо над людьми было буквально усеяно мелькающими силуэтами. – Стреляй! – раздался крик Ивана. Растерявшийся Семен неуклюже вскинул ружье перед собой. Он не сразу разглядел силуэт, выплывший из-за дерева в десяти метрах от них. Приглядевшись, Семен распознал в этом силуэте знакомого ему человека. К ним шел, перепачканный в земле и грязи, совершенно нагой мужчина. Его тело покрывали множественные ушибы и ссадины, живот был исполосован длинными царапинами. Шаги его были сбитые и неравномерные, тело заметно потряхивало. На обеих ключицах его были заметны изображения розы ветров. На правом плече, за кровавыми подтеками, – изображение богоматери с младенцем на руках. – Марат... – остолбенело прошептал Семен.