6(1)
Часть 6(1) Однушка разила растворами фармацевтических инъекций, словно больничная палата. Шерстяной ковер во всю стену, выполненный преимущественно в едко-красных тонах, испещренный психоделическими угловатыми узорами, отдаленно походившими то ли на цветы, то ли на ехидные рожи невиданных существ. Пыльный пузатый телевизор, встроенный в углубление в венгерской стенке с сервантом, до отказа набитым нетронутым фарфоровым сервизом. Молельный уголок, включающий в себя несколько потрепанных икон с изображением тотемных святых. Мягкие игрушки, пульт, обернутый в целлофан, кресло, покрытое шалью. Пожилая женщина, проживающая здесь, подорвалась на дверной звонок, будто ждала его весь день. Одиночество выламывало ей и без того трухлявые суставы. – Иду, – оповестила она незваного гостя по ту сторону двери, чтобы тот, не дай бог, не передумал и остался у порога. Желание обмолвится с кем-то хоть полусловом приободряло, развеивало смертную тоску, окутавшую квартирку. Раскрутив все засовы, она приоткрыла дверь, заведомо оставив цепочку, что не позволяла ей открыться на распашку. – Здравствуйте! Валентина Ивановна? Я не ошиблась? – раздался приятный голос. На лестничной клетке выжидала молодая девушка с аккуратно убранными в хвост волосами, одета в опрятную атласную блузку и черную юбку до колен. Не почуяв угрозы, Валентина скинула с бегунка цепочку, отворив дверь целиком. – Меня зовут Елена, – учтиво начала девушка, – я прохожу стажировку в жилищнике, расспрашиваю у жителей нашего рай- 277 Часть 6(1) она о состоянии бытовых коммуникаций, могу ли я войти? – по окончании заученного приветствия она приятно улыбнулась, тем самым подкупая пенсионерку. Валентина замешкалась на мгновение, взглядом проверила наличие посторонних лиц в подъезде, затем запустила молодую девушку к себе. Пригласила на кухню со стандартной планировкой, тесной, как конура. Наспех разгребла грязную посуду и попрятала ту по углам, стряхнула крошки с замызганной клеенки, покрывающей стол. Девушка скромно обождала, стоя у порога кухни, прежде чем смогла усесться на предложенный хозяйкой табурет. Шприц, заполненный скополамином, сильнейшим психоактивным алкалоидом, ловко зажался меж ее тонких пальцев. – Такая жара на улице! Если позволите, можно попросить стаканчик водички? – заискивающе попросила она, изображая невинность. Пенсионерка гостеприимно согласилась и, едва она успела отвернуться к раковине, чтобы наполнить кружку, в плечевой сустав ее ткнулась тонкая игла. Валентина кое-как отмахнулась, но под моментальным действием наркоза ей удалось лишь безвольное подобие. – Мелкая дрянь, – промычала она заплетающимся языком. Девушка помогла пенсионерке сесть на свое место. Введенный препарат с минуту на минуту должен был начать свое действие. Процессы, запущенные в организме пенсионерки, сперва сделают ее сговорчивой, затем с характерным побочным эффектом позже вызовут обширную амнезию. Девушка несколько раз щелкнула пальцами перед лицом жертвы, убедиться, что она не отключилась и пребывает в сознании. Пенсионерка растеклась на стуле, размякла. – Где сейчас бриллиант? – громко и четко выговорила по слогам свой вопрос девушка. 278 Жирнов Михаил. Карамыш Валентина Иванова закряхтела, выдала что-то нечленораздельное, за что получила смачную оплеуху. Девушка более настойчиво повторила свой вопрос. – Подарила, – выдавила из себя пенсионерка. – Кому? – теряя терпение, спросила девушка. – Сыпачка… – промямлила Валентина. – Четче говори! – рявкнула девушка. – Сыночка, – балансируя на грани обморока, старательно пролепетала в ответ хозяйка квартиры. – Твой сын? – подтвердила бубнёж девушка. Пенсионерка согласно закивала. – Ясно, где он сейчас? – Дома, не знаю… – проваливаясь в небытие, сказала свои последние слова Валентина. Последующие попытки выдавить из нее нужную информацию ни к чему не привели, лишь к затяжному мычанию и стонам. – Сука, перебор с дозировкой, – пришла к выводу девушка, оставив накачанную седативным препаратом жертву в покое. Стерев платком возможные следы своих отпечатков, она поспешно покинула квартиру. У подъезда ее ожидала черная немецкая иномарка, заказчики с обещанным гонораром. Двое здоровенных детин не поприветствовали девушку, когда та села на задний ряд сидений, дабы поделиться разузнанной ею информацией. – Шприц и ампулу! – грубо сказал один из бугаев. Девушка не стала ждать от них учтивости или благодарности, просто сделала, что велено. – Говори, – призвал второй. – В общем, карга быстро отключилась, но успела сказать, что камень сейчас у ее сына, вроде как подарила ему, – ответила девушка, ерзая на своем месте. Ей было весьма неуютно в компании двух здоровенных мордоворотов и хотелось поскорее покинуть автомобиль. 279 Часть 6(1) – Еще что? – пробасил амбал. – Всё, растерянно ответила девушка. – Я же сказала, бабка отключилась. – Сколько кубов ты ввела? – прищурившись, с подозрением спросил бугай. – Всё, как сказали. Блин, ребят, она же старая, как... короче, я не виновата. Мордовороты переглянусь, затем один из них протянул ей конверт, сказал: – Здесь половина, потому что информация неполная, ты нас не видела, если проговоришься кому-то, мы знаем, где ты учишься. – Да блин, конечно, я никому не скажу, – согласилась на условие девушка, лишь бы скорее отвязаться от пугающих верзил. Схватила конверт, сжала в трясущихся от нервного напряжения пальцах. – Мы тебя найдем, если понадобишься, – сказал бугай и взглядом указал на дверь. Девушка пулей выскочила наружу, забыв закрыть дверь, заметив это, нехотя вернулась и захлопнула ее. Автомобиль взревел и удалился вдаль по двору. Девушку трясло. Она спрятала конверт под блузку и быстрым шагом направилась в противоположную сторону. К стипендии медицинского вуза, в котором она училась, девушка заимела солидную прибавку, пусть и не ту, на которую изначально рассчитывала. Ей хотелось скорее принять душ и расслабиться, смыть с себя мимолетное угрызение совести. *** Вечерело. В тихий, сонный дворик колодезного типа сквозь арку зашла пара молодых людей. Девушка что-то оживленно расска- 280 Жирнов Михаил. Карамыш зывала парню, идущему чуть позади нее. В руках он держал два увесистых пакета, по-видимому, заполненных продуктами. Мужчина, сидевший в припаркованном близ углового подъезда автомобиле, откинул спинку кресла, чтобы прохожим было сложнее его разглядеть. Парочка прошла мимо вплотную к черному седану, не обращая на него никакого внимания. Дождавшись, пока люди скроются за поворотом, двое вышли из машины и направились в ближайшую парадную. Один из бугаев несколько раз постучал кулачищем в хлипкую дверь на первом этаже. Вскоре им открыла невзрачного вида женщина с сальными неухоженными волосами, одетая по-домашнему. Из квартиры настойчиво веяло прогорклым маслом. – Вася где? – сразу спросил бугай. – Черт его знает, бухает наверняка, по дворам ошивается, а зачем он вам? – спросила женщина и оглядела громил оценивающе. – А если мы зайдем и проверим? – с угрозой спросил бугай. – Заходи, – решительно ответила женщина. – Поконкретнее, где мы можем его найти? – вступил второй амбал. – Посмотрите по скамейкам, у ларька-пивнухи, так, а в чем дело? – может, я помогу? Женщину явно заинтересовала компания двух крепких мужиков, и она сменила тон в голосе на более располагающий. Громилы поспешно ретировались, убежденные в искренности ее слов. Нашли Васю через три дома во дворе, он, как и предрекла его сожительница, сидел на скамейке близ детской площадки, распивал спиртное в компании нескольких забулдыг. Рядом с ними с оборванным сучком от дерева в руках бегал малолетний пацан и имитировал игру в хоккей, представляя, что де- 281 Часть 6(1) ревянная палка есть клюшка, шайбой послужила темно-синяя пластиковая крышка с резьбой. Амбалы приблизились к отдыхающим, те шугано оглядели их, сразу после того, как узнали о целях визита, без разговора бросили собутыльника Васю на растерзание. – Пацан твой? – спросил Васю бугай. Тот одобрительно кивнул, пребывая в исступлении от страха. Вася то и дело нервно тер ладонью шею с тыльной стороны. Он был болезненно худощав, впадины на щеках оголяли острые скулы. – Нам нужна одна вещица, отдай нам ее и гуляй себе дальше, – по- доброму зашел бугай, так как понимал, что опасности для них тщедушный алкоголик не представлял и, по сути, уже был сломлен как морально, так и физически. – Мама подарила тебе камешек, драгоценный, где он? – подхватил второй амбал и положил увесистую ручищу Васе на плечо, чтобы тот и не думал рыпаться. – Не драгоценный он, муляж, фальшивка, – бегая колкими зенками по здоровякам, ответил Вася. – Это уже мы решим, – настаивал бугай. Ребенок пронесся мимо них, он продолжал свою игру, увлеченный процессом, не замечая того, что происходит вокруг. – Я обменял его на хмурый, – вполголоса сказал Вася, глядя в сторону ребенка. – Не трогайте шкета, я отведу вас, куда нужно. – Малой пусть идет, скажи ему, – разрешил