Картинки из прошлого воплощения, возникшие как всегда внезапно, поражали своей яркостью и четкостью. Русская усадьба. Двухэтажный барский дом, колонны, лепнина. Баня (мыльня), в предбаннике жарко, запах засушенного бессмертника, и – двое. Он, лет тридцати пяти, бакенбарды, холеные руки… Она – кровь с молоком, руки загорелые, его голову к своей груди прижимает… ситцевый сарафан задран, тело бесстыже-белое…
А как она пела… Голос ее – бархат шоколадного цвета – томный, глубокий. А рассмеши, развесели – высоту притянет – соловушкой зальется. У любого душа в пляс пойдет…
В хоре у барина пела. Зазнобой его была… Как затяжелела, отдали замуж за конюха. Обычное дело для того времени…
***
Старый библейский завет «Око за око, зуб за зуб»… Как с нами, людьми, в прошлом воплощении, так и мы в следующем – той же монетой… Лет двести назад побаловался барин с девкой крепостной – теперь ее очередь – местами поменялись… Дремучая, из жизни в жизнь переходящая тема…
Но сдвигается камень… Вопрос, закристаллизованный солью пролитых слез: «За что он так со мной?!», получает ответ. Простой, как пареная репа: «Девка барина не простила».
Новозаветное «ударили по щеке, подставь другую», этот орех был ей еще не по зубам…
***
В Одноклассниках Елена узнала – болен ее первый мужчина. Метастазы в крови. Женился, разводился. А голос его, который заставил влюбиться без памяти, годам к сорока пропал. Осложнение после гриппа.
***
Да будут развязаны застарелые узлы. Чем быстрей, тем лучше. Мысленно, на расстоянии тысяч километров, пусть со скоростью света, с одной и с другой стороны встретятся слова: «Христа ради, прости меня…»
***
А виртуальный ящик «Любовь…» не отпускал: «Господи, почему Илья терпит меня? Ведь знал – замуж за него шла не любя… Уважаю, он надежный, но – желания нет!.. Вот сейчас меня ударит и все – разведусь!.. Оргазм, а какой он?! Хотя бы раз!.. Вот, ему – хорошо. Мне вроде тоже…У него лицо красивое, капли пота на лбу. Может, правда, рожу ребенка, что-то проснется… Двое детей, а ни в одном глазу… Влюблюсь в кого – уйду!..»
***
Классно сказано: хотите рассмешить Бога, расскажите о своих планах. Через двадцать лет совместной жизни влюбиться в собственного мужа! Прорасти в него с потрохами… прикипеть душой.
– Лен, а ты лицом другая стала, вот фото твое, сразу после свадьбы. Симпатичная, но щеки впалые, глаза не горят… А сейчас прямо Марина Влади, одно лицо.
– Так, папина мама – полька. Я тебе говорила. Бабушка Мария. Интересная была, ростом на полголовы выше мужа. Травы знала, заговоры. Дар у нее был – людей из разных болезней вытягивала.
–А это фото, ты здесь после презентации первой книги. Лена, какая ты тут – смотрел бы и смотрел. Еще синева зимнего вечера за спиной…
– Это как раз в перестройку, в старом пальто ходила, а деньги на книгу собрала. Спасибо, главе района – половину счета оплатил.
***
И кто там говорит: перестройка, мол, мать ее так! Для кого как. Вон в сказках народных мачехи падчериц в ежовых рукавицах держали, потому и Золушки…
– Ленка, я тут альбом опять просматривал, фото нашел. Помнишь, как мы на поезде в Москву за чаем съездили? Челночники… Восемь сумок огромных: привет, геморрой! Как щенки слепые… Я только потом узнал, чуть подороже можно все взять на базе в Самаре, всего час езды.
– Забудешь такое. Особенно на вокзале. Я – что? Вещи караулю. А с тебя пот рекой. Носильщики стоят, ржут: мужик и в руках, и на спине, чуть ли не в зубах – сумки. Перебежками… Минута до отправления поезда. Заскочили. Ты самую тяжелую сумку волоком по полу тащишь. Дно порвалось, мелкий черный чай облаком на сквозняке! Ты – вылитый негр!..
– А ты смеялась как ненормальная, я даже психанул. Со стороны себя не видел, в туалете умываться начал – ахнул!
– А помнишь, еще машины не было. Пурга, холод собачий, мы сумки с чаем и кофе, на санках к электричке, – на базары по районным центрам. Безработица… родители пенсию не получали… а мы энергетикой своей (цирк!..) – зазывали покупателя: «…Чай! Кофе! Высший сорт, эксклюзив!..» И выручка была!
– А места на базарах выбивали… помню, ты с теткой одной сцепилась… ну та хабалка! Драться полезла. Мы, мужики, вас разнимали. Выживал народ, как мог… Свободное плавание – бросили щенят в темную воду… Не выплывешь – потонешь…