Гутьеррес пристально посмотрел на Лонгуорта, затем поднял бокал и подмигнул.
— Спасибо, Мюррей. Теперь постарайтесь сделать так, чтобы все прошло как нужно.
— Слушаюсь, господин президент, — ответил Мюррей и покинул Овальный кабинет.
Маргарет зашла в центр управления, что для человека в биозащитном костюме было отнюдь не просто. Человек в такой одежде крайне неповоротлив. ПВХ-ткань скрипела при движении. Шлем она сняла, а костюм не стала, чтобы сэкономить время, когда придется возвращаться в операционную. Дью уже снял свой костюм. Собственно, раньше в такой одежде его видеть и не приходилось.
В центр управления зашел Кларенс.
— Дозвонился до Мюррея? — спросила она. — Согласен ли он на немедленную операцию?
Отто молча посмотрел на Дью, потом на нее.
— В чем проблема? — насторожилась Маргарет. — Давайте, ребята, не тяните кота за хвост. Времени в обрез.
Дью уставился в пол. Кларенс выглядел озадаченным.
— Ты не будешь оперировать, — тихо сказал он.
— О чем ты говоришь? Мы же должны это сделать!
— Уже нет, — проговорил Кларенс.
Монтойя молча уставилась на него. В голове вдруг вспыхнула одна мысль, но она постаралась ее отогнать. Ей не хотелось верить своим ушам.
— Ты… Кларенс, наверное, шутишь. Уж не хочешь ли ты сказать, что мы позволим этим тварям выползти из тела женщины?
— У нас приказ, — ответил он.
Кларенс знал, что ответит Мюррей. Именно поэтому он настоял, чтобы повременили с операцией. Если бы он периодически не напоминал ей о том, что нужно держать начальство в курсе, Бернадетт Смит уже лежала бы на операционном столе…
Услышав последнюю фразу, Маргарет не в силах была себя сдерживать. Раньше ей как-то удавалось сохранять самообладание, но сейчас… Сейчас она была просто в ярости.
— Нет! Мы позволим умереть этой женщине! — Сделав два шага вперед, она принялась тыкать пальцем в широкую грудь Отто. Она, возможно, накричала бы и на Дью, но от такого хладнокровного киллера, как он, вполне можно было ожидать подобный ответ. Но от Кларенса? Человека, которого любила, с кем спала в одной постели? — У той женщины есть десятилетний сын, он только что лишился отца и двух сестер. Я могу спасти Бернадетт! Мы ее прооперируем прямо сейчас, негодяи! Вы слышите меня? Прямо сейчас!
Кларенс нахмурился и покачал головой.
— Мы не можем, Маргарет.
— Я для тебя теперь — доктор Монтойя, ублюдок! Как врач я давала клятву защищать человеческую жизнь.
— Но у нас приказ, — упрямо говорил Кларенс.
— Приказ? От кого? От этого скользкого ублюдка Мюррея Лонгуорта? От Огдена? От него, что ли? — Маргарет указала на Дью, который по-прежнему стоял, опустив глаза в пол. — Кто еще может приказать мне не помогать бедной женщине?
— Президент, — спокойно ответил Кларенс. — Приказ получен сверху. Выше просто некуда. Это распоряжение высшего должностного лица государства.
— Разве это правильно? Хорошо. Тогда, может быть, он попутно прикажет тебе отправить в газовую камеру парочку евреев? Или, скажем, поручит Дью Филлипсу скрутить одного черномазого и выпороть в назидание другим?!
Лицо Кларенса сморщилось от гнева, но ей было уже все равно. Ей даже понравилось. И очень хотелось хоть как-то проучить этого кретина, исправного служаку! Как ей вообще могло взбрести в голову, что она любит эту жестокую, бессердечную машину?
— А ты что думаешь, Дью? — крикнула Маргарет. — Тоже готов слепо исполнить любой приказ распрекрасного начальства?
— Маргарет, — проговорил Кларенс, — пожалуйста, успокойтесь.
— Разве я не сказала тебе, что отныне я для тебя — доктор Монтойя? Разве не так, агент Отто?
— Ты не понимаешь, мы ведь…
В этот момент женщина нанесла ему удар справа. Он даже не успел договорить. Ее кулак задел нижнюю часть левого переднего зуба. Голова Кларенса откинулась назад, а руки машинально потянулись ко рту. Раньше ей уже приходилось видеть его раздраженным, но теперь он пришел в ярость. По блеску его глаз она поняла, что, несмотря ни на что, относится к слабому полу, и с таким парнем, как Кларенс, ей тягаться не под силу. Он мог легко с ней справиться… всегда, когда терял над собой контроль.
Отто раздувал ноздри. Он выпрямился и, тяжело дыша, смотрел на нее, раздумывая, как поступить дальше.
— Ты мне зуб сломала, — сказал он. Его голос по-прежнему казался спокойным, но сам агент Кларенс, ее любовник, правда, теперь уже бывший, готов был сейчас наброситься на нее.