Посол в свою очередь полагал, что причина внезапной активности в Ущелье несколько иная, о чем он, конечно, умолчал, удовлетворившись официальными разъяснениями. Почти сразу после него в МИД обратился посол большого северного соседа. Согласно сложившемуся этикету с ним должен был встретиться сам глава МИДа. Что и произошло. Впрочем, посол с севера получил точно такую же информацию. Но северный посол был более настойчив и откровенен. Выслушав заверения министра, он поблагодарил его и, сделав некую многозначительную паузу, вдруг довольно неожиданно предложил от лица своего правительства посильную помощь в решении возникших проблем, вплоть до экстренного вылета группы военных медиков в Ущелье. Министр, нервно отшутившись, что любая помощь хороша и в случае возникновения необходимости республика примет помощь, после прощального рукопожатия кинулся в приемную Вершителя. Но тот отнесся к намекам северного посла абсолютно спокойно.
— А пусть намекает. Наша позиция остается неизменной. Это операция в рамках борьбы с наркооборотом… Конечно, они что-то знают. Не паникуй… Ладно, иди. Мне обедать пора.
Обед у Вершителя был обычный: немного отварного мяса без соуса и гарнира, немного овощей, стакан свежевыжатого гранатового сока. Официантку, подававшую на стол, Вершитель спросил, как обычно:
— Что сегодня опять плов с шашлыком.
Вершителю втайне очень хотелось сочного пряного шашлыка и жирного рассыпчатого плова, давно и напрочь исключенных из его меню личным врачом.
После обеда Вершитель вздремнул в комнате отдыха в удобном старом кресле, хорошо поглощавшем звуки и запахи спонтанного старческого метеоризма. Час дремоты и легкое пробуждение под журчание струи горячего чая с настоем трав в пиале, поданной официанткой.
— Надо опять идти работать, — почти пожаловался он улыбчивой, но немногословной (как велит инструкция) немолодой женщине.
В кабинете его ждали обычные дела: бумаги, докладные записки. Крупный инвестор с Востока учтиво интересовался перспективой развития в республике тонкорунного овцеводства и почтительно предлагал свои немалые опыт и возможности в этом деле. Австралийцы желали участвовать в разведке и добыче золота в горах. Это было интересное предложение. Только кольнула мысль о нынешних событиях в горах. "Лишь бы не пронюхали об этом, — подумал Вершитель. — Ладно, бог не выдаст, свинья не съест."
Вечером президентский кортеж в мигании маячков и вое сирен стремительно рассек вечерние сумерки вперемешку с дымом от многочисленных мангалов и пылью рабочего дня, накрывшие город. Вершитель перемещался из центра, где красовался президентский дворец, к президентской же резиденции на зеленой респектабельной окраине столицы.
Здесь Вершитель пообщался со своим единственным внуком, неспешно прогуливаясь рядом с ним, пилотировавшим электромобильчик в форме джипа по асфальтированным дорожкам резиденции. Внук, забавляясь, иногда закладывал вираж, целясь бампером в костлявую ногу деда. Вершитель, погруженный в свои мысли, тем не менее, зорко следил за эволюциями потомка и наследника, и тому только раз и то вскользь удалось задеть его
Ужинали они вместе. И внук по уже сложившейся традиции состроил гримасу на диетическое меню деда.
Ложась спать, Вершитель мимолетно улыбнулся, вспомнив потешную гримасу внука.
* * *
— Есть у кого-нибудь горная подготовка? — Насимов оглядел бойцов, сидевших перед ним полукругом. После некоторой паузы из задних рядов не очень уверенно высунулась рука.
— Кто? Ты, Белько?
— Белка, да ты у нас альпинист?!
Белько попал в роту после соревнований по спортивному ориентированию, где занял призовое место. Вообще-то Белько фактически выиграл соревнования, но, как водится, первенство отдали не лучшему, а тому, чей командир имел больше веса у организаторов. Насимов тогда подошел к Белько, спокойно стоявшему в сторонке, и спросил: