— Не обидно?
— На кого обижаться? Я же знаю и они все знают, что я лучший.
— Пойдешь ко мне в разведроту?
— Вы же капитан Насимов? — спросил тогда Белько. Насимов был в походной форме без орденов и даже без орденских планок. — К вам пойду… если командир отпустит.
— Отпустит, не сомневайся.
Но в личном деле Белько ничего не говорилось об альпинистской подготовке.
— Командир, я не альпинист. Это скорей, горный туризм. Так есть кое-какие навыки.
— Ну, на безрыбье… по горам бегать умеешь, значит?
— Особенно сложные маршруты не ходил, а так навык есть.
— Хорошо. Завтра с утра пойдем с тобой на разведку. Будем выбирать направление для прохода. Будь готов. С собой возьми оружие, обычный боекомплект, прибор ночного видения и бинокль. Старшина, отдай ему на время свой.
— Ну, Белка, испортишь мне мой Карл Цейс, погоняю я тебя по вот этой орешине. Пока все орехи не соберешь — не слезешь.
— Старшина, и еще две банки тушенки, хлеба и что еще полагается на один день на троих. Со мной еще пойдет Атаев.
— Командир, разрешите вопрос?
— Давай, Саидов.
— Будем готовиться к прорыву?
— Да, мы же решили, что пока организация периметра еще в стадии организации, можно попробовать воспользоваться временной неразберихой. Но это не будет прорыв с боем. Шансов в этом случае у нас мало. Попробуем незаметно просочиться… ладно. Прапорщик остается за меня на время отсутствия. Старшина, я планирую вернуться завтра к ночи. А пока — отбой.
Следующим утром с рассветом Насимов с Белько и Атаевым пошел на север к близкому хребту, за которым совсем недалеко проходила граница с соседней степной республикой. По военным картам он примерно наметил место, где, возможно, оборона была не сплошной. В нужное место добрались после полудня. Проблема была в том, что ближе к границам зоны приходилось маскироваться, чтобы не быть замеченными. Подобравшись к нужному участку, насколько было возможно ближе, залегли в кустах. Насимов с Белько в бинокли старательно просматривали метр за метром, намечая тропу для прохода. Перед ними была почти отвесная стена высотой в несколько сот метров. За верхним ребром стены начинался более пологий участок, постепенно переходивший в гребень.
— Ну, как тебе стеночка. Можно пройти по ней?
— Страшновато она выглядит. Но я присмотрелся, вроде есть подходы. Надо попробовать ночью проложить маршрут… придется поползать.
— Пойдем вдвоем. Атаев подежурит здесь.
— Не надо, командир, я примерно наметил, как пойду. А вдвоем — двойной риск.
— Хорошо. Но идти придется с наступлением темноты и постарайся управиться до рассвета. Пока поешь и отдыхай.
Темнота, как водится в горах, наступила быстро, без долгой канители сумерек. Белько ушел к стене. Насимов некоторое время смотрел ему вслед в прибор ночного видения. Но очень скоро расстояние стало таким, что фигурка Белько растворилась в зеленоватом свечении в окулярах прибора и Насимов, отложив его в сторону, лег на спину. Звезды здесь в горах были неправдоподобно большими и близкими и очень холодными. Даже сполохи непонятного бледного света не мешали им колюче сиять ледяным блеском.
— Ближе к небу и звездам… и к Богу, — тихо сказал Насимов, потом повернул голову в сторону Атаева. — Атаев, ты в Бога веришь?
Атаев спал. Насимов усмехнулся про себя и опять уставился в черное небо. Он лежал и просто смотрел на звезды. Долго смотрел. Вдруг ему показалось, что одна из них — достаточно яркая — но находящаяся не в фокусе его взгляда, вдруг стронулась с места. Но мгновением позже ее свет перечеркнула яркая линия падающего метеорита. Насимов тоже уснул.
Насимов проснулся с рассветом, когда вдруг заголосили проснувшись птицы. Атаев по-прежнему спал. Белько еще не было. Насимов протер глаза и, повернувшись к стене, припал к биноклю. Становилось все светлей, но он никак не мог поймать в окуляры Белько. Проснулся Атаев. Некоторое время он непонимающе смотрел на Насимова.
— Просыпайся, сержант. Утро, — хмуро сказал Насимов. Он тревожился за ушедшего Белько. Атаев пришел в себя.
— Что Белько еще не вернулся?
— Нет еще.
В это время сзади хрустнула веточка. Насимов, вырвав пистолет из-за пояса, стремительно обернулся.
— Это я, командир! — Белько, хоронясь, на корточках подполз к ним.
— Партизан, — сказал Атаев недовольно. — Получил бы пулю в лоб.
— Почему отсюда появился? — спросил Насимов.
— Сверху лучше видно. К тропе лучше подходить левее.