В общем, женщины его за версту чуяли. И он это воспринимал, как должное. Может быть, одной из составляющих мужчины является эта уверенность в собственной мужественности? Впрочем, как большинство кадровых военных он женился очень рано. Хотя нельзя сказать, что это было ему сильно в тягость. Жена — женщина мирная и отходчивая, если и ловила случайно какие-то подозрительные знаки в его поведении, особых разборок не устраивала. Потому что, родив ребенка — черноглазого смышленного мальчика Сашу — всю жизнь стала вкладывать в него. А полковник, тогда еще зеленый старлей, исправно приносил зарплату, положенное время возился с сыном, которого, конечно же, очень любил. Без шуток. И это выражалось не только во внимании, которое он уделял сыну. Когда наступило время, полковник взялся за его воспитание.
Сказать, что он воспитывал Сашу в истинно спартанском духе, было бы неправдой. Саша рос нормальным пацаном, со своими проблемами и заботами. Впрочем, военрук в школе сразу выделил его из общей массы. И всегда, когда выдавался повод его отличить, отличал. И дело было не только в том, что Сашин отец был военным Просто, было за что. То есть было, за что выделять именно военруку. Ну, еще, может быть, преподавателю физкультуры. Саша с рождения отличался здоровьем, силой и ловкостью. Хорошо координированный, подтянутый, влюбленный в технику, в том числе, конечно же, в военную, легко подчиняющийся приказу и в то же время дерзкий, в папу — энергичный, он охотно принимал условия игры, предложенной военруком. Вероятно, потому, что в такую же игру с ним играл и отец. Право же, не с куклами ведь возиться парню?!
Сын радовал полковника. Всем вышеописанным, а еще твердым намерением после школы податься в военное училище. По стопам отца. И хотя поступать он хотел в воздушно-десантное, тогда как полковник был общевойсковиком, отец его не осуждал. Потому что буква корпоративной солидарности была соблюдена. В подростках, да и в юношах подобная целеустремленность в наше время событие редкое, поэтому полковник был рад и горд за сына вдвойне.
Однако случился прокол. Саша влюбился. Само по себе это не таило большой неприятности. Потому что "любви все возрасты покорны". А и потом это было как бы подтверждением тому, что растет человек с горячей кровью, а не амеба. Но объект Сашиной любви не очень-то желал видеть в Саше единственного и неповторимого. У объекта — сестры Сашиного приятеля Ирины — были свои ярковыраженные интересы, и жертвовать ими под перспективу офицерской жены, она никак не хотела. После нескольких неудачных попыток убедить Иру в неправоте, в узости взглядов на жизнь, Саша поскучнел. Его еще совсем короткая жизнь рушилась. Точней, рушились планы. Но Саше казалось, что рушится именно жизнь
Полковник не успел вовремя вмешаться. Потому что не сразу уловил некую перемену в настроениях. Но, когда он обнаружил, что Саша бросил заниматься боксом, вещь, в общем, сильно нужную будущему десантнику, он встревожился и потребовал от сына объяснений. Совершенно неожиданно Саша заявил, что не хочет быть военным. Через час острой, не без крика, беседы с глазу на глаз, полковник уяснил, что некая пигалица из компании презренных шпаков-пацифистов, сбивает родного дитятю с панталыка.
— Сын! — уяснив себе это, сказал полковник. — Это не по-мужски. В угоду женщине круто менять свои планы. Это бабский удел. Если она любит, у нее не должно быть своей жизни, потому что главный в семье — мужчина. И потом меня оскорбляет, что девушка, которую ты любишь, презирает "профессию Родину защищать".
— Папа! — ответил ему Саша. — Зачем ты передергиваешь?! Я же не говорил тебе, что она презирает военных. Просто ее не устраивает жизнь жены военного.
— Ты мужик, или девка?! Почему ты должен подстраиваться под ее планы, а не наоборот?! Где твоя гордость?! Ведешь себя, как тряпка!
Последнее было, пожалуй, слишком сильно сказано. Можно сказать, в запале. На этом полковник и прокололся. Нельзя сыну — самолюбивому и сильному говорить такое, особенно в момент первой влюбленности. Саша вспыхнул, потом замкнулся, потом ушел в себя и больше не проявлял желания беседовать с отцом. Полковник ушел в свою комнату в некотором недоумении и расстройстве. И, вполне естественно, поделился своими печалями с женой.
— Ну что ты так переживаешь? — мягко сказала жена. — Ну, не будет военным. Это же не значит, что он будет плохим человеком. Нет ведь?!
— Да что ты понимаешь?! — с досадой сказал полковник. — Я всю жизнь мечтал, чтобы Сашка вырос сильным, решительным. Настоящим мужчиной.