- Доброе утро! - Коп улыбнулся и отпустив автомат откинул одеяло.
- Пойду завтрак приготовлю.
- Ну уж нет, любимый! - нежно его прижав, Магда набросила одеяло.
- Сегодня у тебя выходной и завтрак готовлю я!
Коп нахмурился скрывая улыбку:
- Непослушных жён наказывают!
- Только не забивай меня камнями! - с притворным испугом она округлила глаза и плавно вылезла из постели.
Оглядев её безупречную фигуру Коп улыбнулся махнув рукой:
- На первый раз прощаю и жду завтрак в постель... Поторопись, - я голоден!
- Слушаюсь и повинуюсь! - сложив ладони она шутливо поклонилась ему, амазонка в костюме Евы, с хитрым блеском томных кошачьих глаз.
Накинув пеньюар она вышла, а Коп взял планшет и стал листать новости. Это быстро ему надоело. Интернет зависал и то что удалось прочитать, казалось точной копией событий недельной давности. Жить стало ещё "веселей". Центр города был оцеплен круговой обороной. Метро закрылось и замурованные станции превратились в блокгаузы, окружённые минными полями. Поставки гуманитарной помощи были приостановлены и Коп понял что незнакомый майор не лгал, - контейнеры с едой и медикаментами будут доставляться по воздуху.
Население окраин стало опасным даже для бронетехники и на смену танкам и БТР - ам пришли беспилотники. Загадочные "бесы", чей искусственный интеллект позволял действовать без команд оператора. И одного из них Магда собралась "укротить". А если что - то пойдёт не так? Коп отложил планшет. Нет... Об этом лучше даже не думать. Легко сказать... Перед ним замелькали картины.
"Бесы" в воздухе. Пулемёты в гондолах крутятся, поливая всё смертоносным огнём. Здания и люди разлетаются в клочья с кровавыми брызгами. Коп поёжился представив Магду среди этого ада, а потом поднял глаза и увидел что у постели стоит она. Наваждение рассеялось. Её улыбка отогнала его как ночной кошмар, когда нагнувшись она подкатила к постели столик с зеркальным подносом. На нём был разложен завтрак.
Даже из консервов Магда создала шедевр. На широких и плоских тарелках лежала "тушёнка". Её сочное желе украшала фасоль, а галеты из чёрного хлеба были разложены веером. Рядом с ними стояла бутылка вина и огарок свечи горел в маленькой, круглой пепельнице. Язычок пламени дрожал, бросая на тёмную бронзу яркие блики и отражаясь в бокалах на тонких хрустальных ножках. Всё было удивительно и красиво, но не это поразило его.
На Магде было надето платье. Чёрное и короткое, с лёгкой ажурной накидкой. Изумлённо приподнявшись Коп увидел на её ногах туфли и каблучки. Кровь бросилась в лицо неожиданно и приятно. Как давно он не видел её такой, - ослепительной, женственной и прекрасной. Тёмно - русые волосы рассыпались по её обнажённым плечам в дразнящем беспорядке, пока руки белыми чайками порхали над бокалами, наполняя их вином. Закончив приготовления она широко развела руки, приглашая его и обойдя столик присела на край постели. Коп шумно выдохнул:
- Однако...
- Завтрак! - сказала Магда.
- Вместо обеда и ужина при свечах!
Накинув халат Коп вылез из - под одеяла. Он пересёк комнату и открыв дверцу шкафа достал джинсы и чистую рубашку. Переодевшись он посмотрел на неё:
- Когда женщина устраивает праздник, мужчина добавляет к нему крохотную нотку!
Магда улыбнулась:
- Садись герой! Выпьем за это!
- За что? - удивился он.
- За день жизни и за это затишье перед бурей, когда можно сидеть вот так, без "горок" и камуфляжа, чувствуя себя людьми! - она подняла бокал.
Подойдя он взял второй и чокнулся с ней:
- За тебя, моя удача!
Они выпили. Вино было терпким, консервы вкусными, а хлебные галеты приятно хрустели на зубах. Он ел и смотрел на неё, словно пытаясь добавить всему нотку её ускользающей красоты. Бросая ответные взгляды она улыбалась лёгкой, манящей улыбкой. Коп видел что она понимает тоже, - этот день может быть последним и сейчас им можно всё.
Завтра будет как всегда, - смерть идущая по - пятам, а сегодня только это чёрное платье, словно полупрозрачный занавес. Магда скрестила ноги и оно скользнуло выше, открывая её колени. Налив вина Коп молча поднял бокал и выпил его до дна. Она повторила за ним. Еда закончилась и бутылка опустела. Обменявшись взглядами они потянулись друг к другу. За окном пели птицы и мир катился своей дорогой, но им опять было не до него.