Мыши тревожно вздохнули и испуганно стали оглядываться.
-Так за что вы судите меня? За доброту? За преданность дружбе? За то что я их бросил посреди реки? А что я мог сделать? Они сами устроили себе этот пикник с болотной травой посреди реки! За то что я подверг их риску? Позвольте, они взрослые мыши, должны понимать, что делают. Вы же не судите Макса, за то что он переплыл реку? А он тоже делал это в первый раз и подверг опасности своего несмышленого младшего брата. Хочу я вам сказать, не очень-то это хорошо! Сколько мыши подвергают себя опасности, но они знают, на что идут. Вы же не судите Бронди, за то что они облазили все пещеры в горе Питае. Это тоже риск. Сколько было обвалов! Да вы сами все знаете. Никто никого не винит. А меня обвиняют, что дело было рискованным? Это я могу обвинить, что меня подвергли риску! Как можно было устроить драку на плоту? Это немыслимо!
Джонни сменил восклицательный тон на ласковый.
-Но я прощаю вам это. Я добрый. Все нервничали. Я думаю, что эта отмель проклятое место. И если будут плавать на Лесной берег, надо держаться от него подальше!
- Вот ты все перевернул! - вся команда стояла ошарашенная, но при словах “я прощаю” и “я добрый”, Пигарик очнулся, его как будто дернули за хвост, - Ты?! Добрый?! Да сколько мы натерпелись от тебя! Друзья?! Да какие мы тебе друзья?
Пигарик сжал кулаки и стал двигаться на Джонни, а за ним вся команда.
- Вот видите! Я к ним со всей душой! А они! А они! Усмирите их!
Мыши стали шуметь. Только они стали сочувствовать Джонни. Он так убедительно все говорил. Но гнев Пигарика вернул сочувствие части мышей команде Пигарика. Мыши были разделены на два лагеря и начали спорить друг с другом.
- Спокойно! - сказал Парпи, - все услышанное будет обдуманно и решение будет принято. Теперь суд хотел бы услышать Билли. Но как мне сообщила Пилая, он отказался прийти на суд.
Все мыши зашумели опять. Билли! Да что он может сказать, этот молчун. От него и слово мало кто слышал. Парпи спустился к судьям, обсудив что-то он опять поднялся на Паромакс и объявил:
- Судьям надо все обдумать. Я попробую сам поговорить с Билли. Вы знаете, что ему сложно говорить, и возможно его показания будут услышаны на закрытом заседании. Пока все могут расходиться. Когда судьи примут решение, оно будет объявлено перед всеми мышами.
Мыши стали шумно расходиться, обсуждая все услышанное.
А в это самое время на другом берегу Джерри и Фреед добивались справедливости. Билли домчал их очень быстро. Он так ловко управлял кораблем, как будто вода - это была его стихия.
- Мы требуем суда! Как вы могли начать рубить нашу бамбуковую рощу без нас!
- Вам было отправлено уведомление!
- Но нас не было дома!
- Где могут быть мыши столько дней? Это неслыханно! Не выдумывайте. Письмо вам доставлено! У нас здесь важная стройка! Ваш бамбук самый близкий! Вы получите полную компенсацию. Посадите новый!
- Новый?! Вы думаете, так просто вырастить новый! И где его сажать. остались одни пеньки. Их надо корчевать, подготовить почву. Кто это будет делать? Я требую суда, чтобы впредь никто не мог так поступать с мышами и их лесами!
- Послушайте. Леса уже нет. А я как член суда не вернусь в город пока не закончу строительство. Поэтому суд, которого вы требуете будет ой как не скоро. И решение суда я могу сейчас вам сказать, кроме заявленной компенсации вы ничего не получите!
Господин Боронсель развернулся и ушел, показав, что разговор закончен.
Фреед и Джерри остались среди своих пеньков и грустно провожали взглядом повозки со стволами бамбука.
-Ты же хотел всего два древа для гамака,-зачем тебе целый лес? - попытался утешить Фреед своего друга.
- Целая роща бамбука оказалась лучше, вздохнул Джерри.
- Мы посадим новый. Еще лучше. Не так часто, чтоб можно было гулять. И больше никуда не уедем. Будем охранять его. А Макс нам придумает машину, чтобы убирать быстро корни. Он же тоже виноват в этих пеньках.
Друзья побрели домой. Не будешь сидеть дома - будут воспоминания, а останешься дома - будешь наслаждаться покоем.