— Это не легенды, — я покачал головой, — просто не всем нужно про такое знать. Вот теперь ты знаешь, что есть такая возможность, да и остальные гвардейцы рода узнают. Кстати, вам тоже предстоит пройти через такое, не потому что я вам не доверяю, а потому что это станет отличной защитой для вашего разума.
— Надо так надо, — Виктор пожал плечами, — теперь мы едем в особняк?
— Нет, в другое место, — я усмехнулся, — покажу тебе кое-что интересное, — после этих слов мы направились к броневику, провожаемые недовольными взглядами людей Никитина.
Они уже чувствовали себя хозяевами, и поэтому им не нравилось, что кто-то еще вел себя так же свободно. Мне же было плевать на их недовольство, это даже забавляло, видеть, как они корчат рожи, но ничего сказать не могут. Забравшись внутрь броневика, я кивнул гвардейцу, и тот завел наш чудо-транспорт.
— Куда едем, господин? — громко спросил он, перекрикивая гул двигателя.
— Едем к шахте, когда будем рядом, я скажу, куда нам точно надо, — так же громко ответил я, — не спеши, времени у нас еще достаточно!
Особняк Мстиславских.
Убедившись, что Меншиков уехал, барон Никитин рухнул в кресло и вытер пот со лба. Молодой Меншиков оказался куда хитрее, чем думал мужчина, да и торговался он так, словно с утра до вечера этим занимался. Однако запросил он немного, и Никитин пытался понять, почему. Княжич мог припереть его к стенке, но не стал этого делать, а даже наоборот, решил договориться, и вот это было странно. Такое ощущение, что у него есть какая-то информация, которая была недоступна Никитину, но это было просто невозможно!
Несколько минут поразмыслив об этом, барон достал из кармана телефон и по памяти набрал номер, и стал ждать ответа.
— Слушаю, — голос на той стороне звучал тихо, но Никитин прекрасно знал, как быстро его собеседник мог перейти на крик.
— Ваше могущество, — Никитин глубоко вдохнул, — у меня появились некоторые сложности.
— Никитин, вот знал, что сегодняшний прекрасный день кто-то испортит, — мужчина на том конце провода хмыкнул, — выкладывай давай, какие у тебя проблемы?
— Княжич Меншиков, — Никитин нехотя произнес эти слова, — он слишком самостоятелен, ведет себя как полноценный игрок, хотя буквально несколько дней назад он ничем не отличался от подростков своего возраста. Такое ощущение, что за ним кто-то стоит, кто-то сильный, умный и целеустремленный. Но я никак не могу найти этого тайного игрока, хотя уже перерыл весь Белозерск, вы же знаете, моих возможностей на это хватает с лихвой, — Никитин говорил быстро, его покровитель никогда не любил, когда докладывают медленно.
— Новый игрок? — в голове покровителя появился азарт, — интересно, очень интересно. Давай поподробнее, барон, и не переживай, я знаю, что ты всегда работаешь хорошо, если не смог ничего найти, то значит твой противник на несколько ступеней выше.
— Благодарю, господин, — Никитин облегчённо выдохнул и начал рассказывать.
Барон старался не пропускать ничего, вплоть до мимики и жестов княжича. На весь рассказ у него ушло минут пятнадцать, и в это время собеседник молча слушал, не перебивая. Когда барон закончил рассказ, молчание в трубке продлилось ещё несколько секунд, после чего вновь раздался тихий голос.
— Это очень интересная информация, Никитин, очень интересная, — покровитель хмыкнул, — ты прав, возможно, кто-то действует руками сопляка, но ведь для этого не обязательно постоянно быть в городе. Ты упоминал, что у вас в Белозерске был инквизитор Марк, а он как никто другой знает, как дёргать за ниточки. В общем, так, парня пока не трогай, пусть действует дальше, а мы пока понаблюдаем. У тебя в городе самые сильные позиции, так что вряд ли он сможет хоть как-то тебе навредить. Чуть позже я пришлю тебе на помощь одного очень перспективного молодого специалиста, и дальше он сам будет заниматься этим вопросом.
— Благодарю, господин, — после этих слов Никитин окончательно выдохнул, — буду действовать.
— Действуй, барон, действуй, — в трубке раздался смешок, — и да, поаккуратнее с церковниками, они стелют мягко, да только потом жёстко спать придётся. Надеюсь, ты меня услышал, — после этих слов звонок прервался, а Никитин потянулся к графину с водкой, что стоял на столе. И почему каждый раз после разговора с этим человеком ему хотелось выпить?