— Ну что, граф, посмотрим, чем там занимается ваш оппонент? — я вопросительно глянул на Игнатьева, и тот медленно кивнул, после чего начал увеличиваться в размерах.
Я подал знак Виктору прекратить огонь, и мои бойцы замерли, наблюдая за тем, что будет дальше. Тем временем граф подошел к тяжелым стальным воротам и нанес один удар, но зато какой! Ворота смяло, сорвало с петель, их откинуло внутрь на добрые десять метров, и это при том, что сразу за воротами стояли люди. М-да, нехорошо вышло, граф только что, по ходу, уничтожил хорошую такую часть местного гарнизона. С другой стороны, зато у него теперь больше нет дороги назад, и это играет на руку уже мне. Глядя на растерянного графа, я мысленно усмехнулся и пошел вперед. Мои гвардейцы последовали за мной, и через несколько минут они уже контролировали все входы в казармы, а их было достаточно. Я же выискивал того самого Вишнева, благо Игнатьев показал мне фотографию, как он выглядит. В конце концов я увидел нужного мне человека, точнее, он сам показался, предварительно уничтожив нескольких моих бойцов. Высокая фигура в воздушном смерче вышла из здания и пошла в мою сторону.
— Князь, он мой! — рядом тут же оживился Игнатьев, — я вырву глотку этой твари!
— Нет, граф, этот мой, — я спокойно возразил ему и щелкнул пальцами.
Энергия тут же выплеснулась из ядра и начала формировать вокруг меня энергетическую броню. Каждый элемент появлялся в свою очередь, наверняка все это со стороны выглядит красиво, и когда все закончилось, я выглядел как пылающий рыцарь. Не знаю почему, но мне захотелось именно такую броню, ничем не похожую на ту, что носили Каратели. Шагнув вперед, я прикрыл огненной стеной всех стоявших за моей спиной и широко улыбнулся, глядя на опешившего Вишнева.
— Князь Меншиков, ты вмешиваешься в дела чужого города! — надо отдать должное мужику, он быстро пришел в себя и тут же начал на меня наезжать.
Я же молчал, рассматривал его ауру и готовился к удару. Вдруг из здания вышел еще один персонаж, седой мужчина с пышными усами, в форме полковника. Хм, а это у нас, видимо, местный комендант.
— Именем императора остановитесь, князь! — хорошо поставленным голосом прогрохотал он, — то, что вы делаете, это измена, хотите оказаться на плахе?
— Измена? — я уставился на него удивленным взглядом, — помогать своим хорошим друзьям — измена?
— Друзьям? — эта парочка недоуменно переглянулась между собой.
— Именно, — я кивнул, — видите ли, граф Игнатьев — мой друг, и он попросил у меня помощи, вот я и приехал. Но на въезде в город меня почему-то не хотели пускать. Угрожали оружием князю, представляете? — я состроил грустную мину, — пришлось немного навести порядок, но я все же заехал в город. А теперь я почему-то слышу, что тут мне не очень рады и что это какая-то измена, — покачав головой, я создал себе два огненных копья, — скажите, господа, почему мир вокруг нас настолько несправедлив?
Последним вопросом я окончательно ввел их в ступор и тут же ударил. Копье, предназначенное коменданту, без проблем долетело до цели, разворотив грудь вояки, а вот с Вишневым так не получилось, в последний момент граф все-таки поставил щит. Впрочем, я и не ждал, что он сдохнет сразу, это было бы слишком скучно. Коротко хохотнув, я создал себе два огненных клинка и рванул вперед. Да начнется битва!
Граф Игнатьев с отвисшей челюстью наблюдал за тем, как молодой Меншиков походя убивает коменданта Вологды, после чего вступает в бой с Вишневым. И если против последнего он ничего не имел, то смерть коменданта не входила в его планы.
— Боги, что же он творит? — тихо прошептал себе под нос мужчина.
— Мой господин всего лишь защищался, — подал голос один из баронов, что приехал с ним, кажется, по фамилии Никитин, — граф, вы же понимаете, что как было уже не будет? Империя меняется, и мы либо меняемся вместе с ней, либо уходим в прошлое. Я выбрал первый вариант и буду следовать за своим господином, — барон хмыкнул, — какой вариант выберете вы?
Игнатьев ничего не ответил, ему в голову пришла очень опасная мысль, озвучивать которую рядом с этим бароном не стоило. Вместо этого граф вновь использовал свой дар и, подойдя к одной из дверей, выбил ее. Раз комендант мертв, придется решить вопрос с солдатами. Он не хотел этого, но Меншиков не оставил выбора.