- Обижаешь! — фыркнул Бис. — Это я всех стригу!
Вот и цирюльник нашелся. Сев на стул, я положила руки на колени и опустила глаза.
- А почему у всех вас прически с коротко стриженными по бокам волосами?
- Чтобы было видно наши отметины. В наших кругах это последний писк!
- Что, прости? Какой писк? У вас мыши?
- Ой, совсем забыл! — шлепнул себя по лбу блондин. — В вашем же мире всё примитивно и отстало. У нас общество посовременнее. Писк — имеется ввиду крик моды, стильный, — осторожно расчесав мои волосы, Бис разделил их на пряди и начал заплетать. — Ты всё поймешь, когда увидишь. И скоро привыкнешь так, что не захочешь возвращаться в свой мир.
- В смысле, мой мир? Ты так говоришь, будто это за тридевять земель, — усмехнулась я. На удивление Бис промолчал. Я задала еще один интересующий меня вопрос:
- А штаны... это ты их какому-то мальчику шил?
- Нет, специально для тебя, пока ты спала.
- Но... я же девушка.
- Поверь мне, я в курсе! — засмеялся Бис, заплетая косу уже на моей спине. Потом снова ударил себя по лбу. — Всё забываю, откуда ты! Объясняю: у нас женщины могут носить абсолютно любую одежду. И штаны давно перестали быть чисто мужской атрибутикой. Бальные платья никто не отменял, но, согласись, в штанах комфортнее, чем в пышной юбке?
- Ну, мне не с чем сравнить, — вздохнула, пожав плечами, — у меня никогда не было бального платья. Да и что такое бал я только из разговоров и слышала.
Видно давно закончив своё плетение, Бисмарк вмиг оказался передо мной, схватив меня за плечи.
- Да ты просто находка! Да я ж тебя забалую! Каждый день в новом наряде щеголять будешь! И на бал попадешь! Обязательно! Сиди тут, я се... — уже собирался выбежать из комнаты Бис, как я вцепилась в рукав его рубашки.
- Прошу, не уходи, а то... он придет...
- Кто? — прохлопал глазами Бис.
- Наверное я, — в очередной раз я вздрогнула от этого баритона: в комнату вошел Ордалион.
- Господин, — быстро поклонился Бисмарк. — Вы пришли заценить мою работу?
- Бис, ты, кажется, снял мерки? Поторопись с выкройками, завтра Тиаре уже понадобится платье...
Едва Ордалион успел договорить, как воодушевленный Бисмарк, не понявший моего намека о необходимости остаться, выскочил из комнаты. Когда Ордалион подошел ко мне сзади, я резко встала.
- Сядь, — мягко приказал брюнет.
- Я не обязана Вам подчиняться, — как можно самоувереннее сказала я, а у самой коленки тряслись.
Раздался грохот и треск. Съежевшись, я осторожно оглянулась: мой стул, точнее его останки, лежали у стены. Меня обняла за талию сильная рука, и я почувствовала на шее горячее дыхание:
- А повторить сможешь? — я чувствовала шевеление губ на моей шее, мои колени подкосило. — Сидеть ты отказалась, вижу, и стоять тебе тяжело. Хочешь продолжить наш разговор лёжа?
В моей памяти ещё были свежи воспоминания о грубых руках и губах Джека. Мне стало дурно, а ещё накатила злоба и решимость: больше никто и никогда не прикоснётся ко мне против моей воли! Я схватила Ордалион за запястье руки, которая обнимала мою талию, а другой рукой попыталась оттолкнуть его от себя.
- Пустите меня!
- А не то что? — ухмыльнулся брюнет.
- Я закричу!
- Я, кажется, говорил тебе о толщине стен. Да, у нас отличный слух, но никто без моего разрешения сюда не войдет.
- Тогда я буду кричать, что есть сил, чтобы у вас уши лопнули! — я извивалась как могла и злилась. Очень. На себя, что такая слабая, и на него, за то, что держит меня всего одной рукой! Да он ещё смеётся надо мной! Тогда я решила прибегнуть к хитрости.
- Отпустите, мне... нужно... в уборную.
- Это ложь.
- Да как Вы смеете! Это неприлично! И знаете что? Вы мне — никто! И я ничем Вам не обязана!
Невероятно — меня отпустили! Тяжело дыша, я приготовилась к обороне и обернулась к нему.
- Неприятно напоминать, но я спас не только твою жизнь, но и честь, — спокойно проговорил Ордалион.
- Я не просила об этом. Я привыкла во всем и всегда полагаться только на себя. И здесь бы справилась, а если нет — пережила бы. Мне не нужна Ваша жалость и подачки.
- Вот как? — подозрительно ухмыльнулся брюнет. — Тогда раздевайся.
- Простите, что? — опешила я. — Но Бисмарк...
- Бис, как и все в этом замке — мои подчиненные, всё что принадлежит им — моё. Мне повторить требование или быть может помочь тебе его исполнить?
- Это низко... я... я не виновата, что у меня нет... верните мне мою одежду, и я уйду.
Ордалион подошел к кровати, взял простынь, в которую меня в холле укутал Бисмарк, и разорвал её пополам.