Она убедила меня, что ей нужно сменить одежду перед трапезой. И хотя я желал наслаждаться каждой секундой её общества, — не стал возражать, понимая, что так и должно быть. Теперь ей предстоит начать жить по-новому, в мире роскоши и этикета. Пусть привыкает к этому, и начнем с балования нарядами.
Я искренне желал прикоснуться к ней, заключить в объятия хрупкое тело, целовать эти глаза, щёчки, губы... но я видел настороженность и страх в её небесных глазах. Не стоит торопиться. Прикоснувшись к её волосам и с трудом сдерживая себя, я сообщил, что буду ожидать в столовой и нехотя покинул её общество.
Микаэль своей виртуозностью и кулинарными талантами заменял целую команду поваров. И хотя наша трапеза должна была быть ужином, от меня не ускользнуло, что в одной из кастрюлек закипает томатный крем-суп. В печи уже запекались десерты. Похоже Мик решил забаловать мою розочку всеми изысками кухни. Что ж, против таких знаков внимания и симпатии я не возражаю. Заметив направляющегося к лестнице Бисмарка, безмолвно дал ему почувствовать своё присутствие — тот незамедлительно остановился и, развернувшись ко мне, поклонился, держа в руках предметы гардероба.
- Похвастаешься шедеврами? — заложив руки за спину, плавно приблизился к личному портному. Я сгорал от любопытства, в чём же предстанет предо мной Тиа.
- Простите, повелитель, вынужден отказать! — быстро всё спрятал за спину Бисмарк.
- Вот как? — вздернул брови я. — В чём же причина твоего бойкота?
- Непригоже мужчине видеть наряды без прекрасного создания, которое их украсит, — ловко выкрутился, хитрый лис. Ну что ж, помилую бедолагу.
- Ступай. Прекрасное создание уже заждалось, — уголки моих губ приподнялись в подобие улыбки. Я редко улыбаюсь при своих подчиненных, но Бис не из тех, кто воспользуется моими слабостями. Поклонившись, блондин взлетел по лестнице на второй этаж, где через потойной проход прошел на третий: не желал тратить время на шествие в другое крыло замка и подъем по винтовой лестнице.
Пока Бис колдовал над дамой моего сердца и души, другие подчиненные накрыли стол белоснежной скатертью, расставляли столовые приборы и подносы с накрытыми крышками блюдами и яствами. По моей прихоти в центр стола снова выставили вазу со свежесрезанными в зимнем саду белыми розами. Их аромат наполнил столовую свежестью и чистотой.
То же самое произошло, когда следом за распахнувшим двери с Бисмарком в столовую вошла... моя королева. Я так и замер, маска надменности и строгости слетела и разбилась о каменный пол. Передо мной стояло голубоглазое создание в подобранном под цвет глаз серо-голубом платье ампир: полупрозрачная ткань с вышивками кружев обрамляла плечи и вырез декольте, продолжаясь в длинных полупрозрачных рукавах. Кружевной корсет с завышенной талией облегал её аккуратную фигурку, спускаясь многочисленными складками почти в пол. Из-под платья виднелись её тонкие белые ножки в светло-серых туфельках на тонком каблучке. Вьющиеся после косы темные блестящие волосы каскадом спадали на плечи и спину, пряди с боков собраны голубой лентой на затылке, открывая прекрасное лицо. Эта феерия стоила ожидания, Бисмарк постарался на славу! Я был готов сейчас же возложить к ногам этой девы весь мир!
Впервые я с трудом сдерживал не поток гнева, а волшебное чувство легкости и безмятежности. Сохранив невозмутимый вид, но позволив одарить Тиару обворожительной улыбкой, я плавно прошествовал к ней, держа одну руку за спиной, а другую протянув ей. Она робко вложила свою холодную маленькую ручку в мою ладонь, где я вожделенно поцеловал её пальчики. Её щечки вспыхнули, она потупила смущенный взгляд.
- Тиара, Вы словно ангел, спустившийся с голубого небосвода, — чувственно произнес я и, выпрямившись, повел её к столу.
В этот момент, помогавший на кухне Виктор, вынес поднос с фруктами, да так и уронил бы его прямо к нашим ногам, если бы Бисмарк вовремя не подскочил бы, удержав поднос. Демонстративно прокашляв, я повел Тиару к стулу, краем глаза заметив, как Виктор уронил челюсть, а Бис с коварной ухмылкой вернул ему эту челюсть на место.
Я чувствовал как дрожали ноги Тиары. Не удивлюсь, если она впервые в жизни обула каблуки. Ну ничего, она ещё научится.
Усадив её на стул и галантно придвинув его к столу, я пластично обогнул стол и, присаживаясь на своё место, одарил подчиненных выразительно холодным взглядом, дав понять, чтобы нас оставили наедине. В этот момент из кухни выглянул Мик, также от восхищения распахнувший рот. Ему его прикрыл уже пришедший в себя Виктор, после чего схватил Бисмарка и Микаэля за шивороты. Троица не кланяясь, поспешила покинуть помещение.