- Мой цветочек, не бойся, — проворковал брюнет.
Но страх продолжения развеял волшебство доверия, сковал моё тело ледяной коркой. Я сразу засмущалась, хотелось спрятаться под кровать. Но господин продолжал приближаться к сокровенному месту. Я вся сжалась и зажмурилась, прошептав "Не надо". Ордалион вмиг остановился, будто сам только очнулся от окутавшей нас магии. Он тут же завернул меня в одеяло, как младенца и, обняв, лёг рядом.
- Не будем торопиться, — проговорил господин и уткнулся в ткань рядом с моей шеей. — Прости, если напугал. Ты моя розочка. «Дэн триантафило чорис анкасья». С греческого это значит "Нет розы без шипов".
- А бывает наоборот? — сама не понимаю, почему решилась это спросить. Меня сильнее прижали к себе.
- Нет шипов без розы? — поняв мою мысль, спросил господин. — Ты искренне веришь, что даже за чудовищем может крыться что-то хорошее?
- Но Вы же хороший? — с надеждой спросила я, до конца не уверенная, какому ответу обрадовалась бы.
- Для тебя буду только таким.
Он поудобнее устроился рядом со мной и приказал нежно, но властно: "А теперь спи, моя Тиара". И я, повинуюсь этому властному баритону, провалилась в сон.
Спала я всегда чутко. Но мой организм привык отдыхать в любых условиях: твердая поверхность, колючая ткань, неприятные запахи, шум, холод — ничто не мешало мне спать, если я того хотела. Но вот, что все эти неудобства будут отсутствовать, да мало того, заменены противоположными: мягко, тишина, комфорт, уют и теплота — мой организм, видимо, никак не ожидал. И, несмотря на весь перенесенный за день стресс, я выспалась буквально за несколько часов и, распахнув глаза, поняла, что больше не засну.
Осторожно выбравшись из постели, я мельком взглянула на крепко спящего брюнета. Странно, разве вампиры спят? В камине тихо потрескивал огонь, благодаря свету которого я смогла найти в шкафу вязаный толстой нитьюсерыйсвитер. По длине доходил чуть выше колен, смотрится как платье, рукава пришлось завернуть. Прежде чем спуститься вниз, я из любопытства решила заглянуть за шторы. И зря. На небе красовались два ночных светилы: бело-голубая и светло-розовая луны. Уму непостижимо! Может я всё-таки недоспала? Потом я посмотрела вниз: на земле был виден силуэт окна. Значит на нижних этажах в одном из помещений горит свет. Что ж, похоже, не я одна не сплю.
Не найдя подходящую обувь, решила пойти босиком. Благо везде ковры, и замок отапливался. И ещё я нагло надеялась, что меня напоят чаем.
Покинув комнату, осторожно прикрыла дверь. Подойдя к перилам и определив, в какой стороне лестница, направилась к ней. Даже ступеньки оказались устланы ковром, таким мягким и теплым, за что я искреннее благодарила хозяина замка. И только когда я оказалась внизу, заметила сидящего на предпоследней ступеньке Халцедона. Он переоделся в черный свитер без горла, темно-синие брюки и черные высокие сапоги. Брюнет невозмутимо сидел на ступеньках, словно он часть интерьера.
Не знаю почему, но из всех юношей в замке он пугал и настораживал больше всего. Но меня почему-то подсознательно тянуло к нему, будто у нас что-то общее. Любопытно, почему он такой холодный и резкий, будто пытается отгородиться от вмешательства других в его душу. Я вспомнила, что когда Бисмарк вёл меня на ужин, Цед тоже сидел у лестницы. И при моей первой попытке сбежать — тоже.
- Почему ты всегда возле двери? — встав на ту же ступеньку, на которой сидел брюнет, осторожно спросила я.
- Почему ты ходишь по замку в таком виде? — он даже не взглянул на меня.
- Я... — невольно натянула край свитера ниже. — У меня нет выбора...
- Вот и у меня тоже, — процедил Халцедон.
- Ты — страж? — в который раз удивляюсь своему безрассудному любопытству! Ну зачем я это спросила, надо было просто молча пройти мимо!
Сначала на меня повернулись внимательные синие глаза, потом брюнет повернул торс и поднял голову.
- Не бойся, больше тебя не украдут, — пренебрежительно хмыкнул Цед.
- И то верно. Я быстрее сама украдусь, — отчего-то меня больно укололи его ответ и неприязнь ко мне. Я быстро сошла со ступеней и направилась в столовую, откуда из-за щелей закрытых дверей пробивался свет. За своей спиной я услышала выдох: "Вот же упёртая..."
Я остановилась возле дверей. Не успели мои пальцы коснуться позолоченной ручки, как двустворчатые двери распахнулась передо мной.