«Снова я опоздал, - с сожалением подумал Агент. -Записная книжка уже наверняка в руках у Макарьева».
- А ты что это Улькой интересуешься? - Зинаида хитровато прищурила глаза и подозрительно покосилась на него:
- Слушай, Ежик, а ты часом не к Ульяне моей заявился, а?
- Да ты что! - Агент подошел к ней вплотную и привычным движением обнял за талию. - Бежать от такой женщины, как ты, к какой-то Ульяне?
- Врешь, - довольно захохотала Зинаида, положила ему руки на плечи и заглянула в глаза. - Ой, врешь же, злодей?
- А вот ни капельки! - он притянул ее к себе и поцеловал.
...Лежа в кровати и слушая спокойное дыхание заснувшей у него на плече Зинаиды, Агент снова мысленно вернулся к событиям нынешнего утра и пришел к выводу, что ничего опасного пока не произошло. Даже если книжка и попала в руки Макарьева, это еще не значит, что лейтенант добрался и до спрятанной в ней шифровки.
Ну, а если и добрался? Побежит в контрразведку? Вряд ли. Скорее всего, продолжит свои детские игры в частного детектива. Чем еще больше усилит подозрения контрразведчиков на свой счет. Оттянет на себя часть их сил. А это сейчас самое главное.
Ведь осталось всего несколько дней.
28.
4 сентября 1988 года.
Космодром Байконур, вторая площадка.
Контрразведчик исподлобья оглядел присутствующих, кашлянул в кулак и осведомился:
- Ну, у кого есть какие соображения, голуби вы мои сизокрылые?
Чекмаев неслышно вздохнул. За несколько лет совместной работы он хорошо успел изучить привычки Контрразведчика. Фраза «голуби сизокрылые» - да еще с вопросительной интонацией - означала крайнюю степень раздражения и недовольства шефа.
- Что молчите, как будто воды в рот набрали? - тон, которым были произнесены эти слова, действительно не предвещал для присутствующих на совещании офицеров ничего хорошего. - Сказать нечего? Ладно, тогда я скажу. Для завязки нашей предстоящей милой беседы.
Контрразведчик скользнул по подчиненным испепеляющим взглядом и, чеканя слова, произнес:
- То, что произошло, товарищи офицеры, - это не просто оплошность. Это крайняя степень нашего ротозейства и разгильдяйства. За это в нашем ведомстве принято снимать с плеч погоны. Если перед этим вам, конечно, не сняли голову.
Не в силах более сдержать охвативших его чувств, он раздраженно хлопнул ладонью по поверхности стола:
- Под угрозой оказалась жизнь одного из центральных фигурантов по нашему делу. А мы довольствовались ролью простых наблюдателей! И снова проморгали действующего у нас под самым носом врага! Что, нюх потеряли, товарищи контрразведчики?
Полковник перевел колючий взгляд на сидевшего у края стола молодого светловолосого офицера:
- Старший лейтенант Смородин!
- Я! - офицер пружинисто вскочил со стула и вытянулся.
«С младшего по званию начал, - мысленно вздохнул капитан Чекмаев. - Совсем плохо. Значит, разборка пойдет по нарастающей».
- Доложите о результатах осмотра места происшествия! - грозно рыкнул Контрразведчик.
- Сразу после того, как лейтенант Макарьев был увезен в госпиталь, мы со старшим лейтенантом Светловым под видом инспекторов группы по обеспечению безопасности труда осмотрели электрическое оборудование на испытательном стенде. Осмотр показал, что имеет место повреждение кабеля подвода питания к высоковольтной розетке...
- «Имеет место повреждение кабеля!» - зло передразнил Контрразведчик. - Вы что по памяти протокол читаете? Оставьте этот суконный язык для нашей канцелярии, товарищ старший лейтенант! А мне и своим коллегам просто и понятно извольте объяснить, почему на поверхности металлической розетки оказалась электрическая фаза?
- На кабеле подвода питания была повреждена пластиковая оплетка, Вадим Алексеевич, - сообщил Смородин. Чекмаев заметил, что уши старшего лейтенанта стали пунцово-красного цвета. - Когда Макарьев коснулся вилкой розетки, произошло короткое замыкание. Если бы он в этот момент держался руками за вилку, а не за оплетку кабеля, смерть от поражения электрическим током была бы практически неизбежна...
- Раз уж вы действуете под вывеской инспекции по охране труда, - с едва заметной издевкой в голосе произнес Контрразведчик, пожирая взглядом стоявшего перед ним офицера, - объясните мне, почему в испытательном зале используются металлические вилки и розетки?
- Это стандартные вилки и розетки для высоковольтных линий, - снова не растерялся Смородин. - Внутри них имеются специальные керамические проставки. В целом, соединение получается очень надежным. Если, конечно, вставки исправны и кабель не поврежден...