- Выпить еще надо, - Лопатин принялся разливать разбавленный спирт по второму кругу. - Между первой и второй, как говорится, промежуток небольшой...
Капитан собрался было плеснуть спирт и в рюмку Антона, но Макарьев помотал головой, накрыл свою стопку ладонью и шепотом напомнил:
- Мне в наряд...
Снова выпили. Разговор постепенно перекинулся на другие темы и к недавним событиям на космодроме больше никто не возвращался. Когда дело дошло до дегустации присланного Петровину из дома «зверобоя», Макарьев засобирался уходить. Пора было идти получать оружие и заступать на дежурство.
36.
6 сентября 1988 года.
Космодром Байконур, вторая площадка.
Кабинет капитана Лопатина.
«Сволочь! - подумал Агент, едва сдерживая раздражение. - Он же все знает! Но откуда? Откуда?!»
Он сидел за столом в «каптерке» капитана Лопатина, вертел в руках пустую рюмку, из которой только что выпил водку, и с ненавистью сверлил взглядом неторопливо прихлебывающего из граненого стакана минеральную воду лейтенанта Макарьева.
«А может быть, я ошибаюсь? - Агент попытался успокоиться и взять себя в руки. - Может все то, что сейчас рассказал Макарьев, это просто цепь случайных совпадений?»
«Посмотрим... Что он там говорил, этот долговязый лейтенант? На теле, вытащенном из цистерны, была обнаружена ножевая рана под левой лопаткой. Смертельная рана. Первое совпадение.
Теперь второе... Машина, которую я угнал, а потом поставил на место. В рассказе лейтенанта тоже угоняют машину. И тоже ставят на место. И угнанная машина тоже «газик». Ах, ты, твою мать!
Третье. Место, где было спрятано тело Ушакова. Цистерна с азотом около компрессорной станции. У Макарьева - тоже цистерна, и стоит она тоже около компрессорной».
«Нет, все это, конечно же, не случайность! - Агент пришел в ужас. - Это не простое совпадение! Он все-таки что-то знает, этот желторотый птенец!»
«Погоди-ка, но ведь труп Ушакова пока не нашли... -его лоб покрылся холодной испариной, а скулы свело нервным напряжением. - Точно, не нашли. Иначе об этом гудела бы вся площадка... Тогда что же получается? Макарьев сам все узнал? Но откуда?»
«Следы... Лейтенант что-то говорил о следах. Которые всегда остаются. Может, я и вправду где-то наследил? Наследил и сам не заметил, что наследил?»
«Хорошо, допустим, что Макарьев с самого начала меня заподозрил. Потом случайно наткнулся на кого-то, кто действительно видел, как в ту проклятую ночь перед стартом корабля я садился в «газик». Или, наоборот, как ставил машину на место. А тут еще у «газика» левое колесо оказалось с дефектом. И, наверное, действительно хорошо отпечаталось на грунтовке, - там, около цистерны. Прямо как опознавательный знак, так его и растак!»
«Дорог - грунтовок в округе не так уж и много. И все ведут к малолюдным местам, где как раз и можно спрятать труп. Предположим, что узнав о моей поездке на «газике», Макарьев стал осматривать все грунтовки в ближайших окрестностях. И на той из них, которая ведет к компрессорной, и в самом деле обнаружил след колеса с глубоким порезом. А потом нашел и тело Ушакова в цистерне. С-сволочь!»
«Так, спокойно... Это еще не все. Как сказал Макарьев, есть еще что-то, что я обронил в самом «газике». Какая-то мелочь, какая-то вещица, на которой могут оказаться мои отпечатки пальцев».
«Получается, что он сейчас лупит меня по трем позициям. Свидетель, который меня видел и, наверное, сможет опознать. След колеса на грунтовке около цистерны с трупом. Какая-то штуковина с моими отпечатками пальцев. По отдельности все это - чепуха, но взятое вместе, в целом...»
«Хорошо, а зачем он рассказал обо всем этом сейчас? При всех, но в то же время не называя имен. Странно... Очень странно...»
«А вдруг Макарьев блефует? Рассчитывает на то, что я занервничаю и где-нибудь засвечусь, выдам себя? Может быть, лейтенант вообще работает по заданию контрразведки?»
«Нет, не получается, - сразу же возразил себе Агент. - Во-первых, Макарьев рассказал все очень точно. Слишком точно для простого блефа. Рассказал так, как все и было на самом деле. Как будто он, сволочь, стоял где-нибудь за углом и подсматривал! Во-вторых, вряд ли он работает на контрразведку. Если бы он был связан со спецслужбами и выложил им все те факты, о которых сейчас рассказал, я бы уже здесь не сидел. Они бы наверняка меня уже сцапали. Как же иначе при таких-то фактах? Какой смысл было бы со мной играть в прятки? Да никакого!»
«Что, если рассказ Макарьева попробовать проверить? Но вот только как? Имени свидетеля он не назвал. Что я мог потерять в машине, он тоже не сказал. Остается только колесо с дефектом. Если на колесе есть порез, значит, он не блефует. Значит, ему действительно удалось каким-то образом выйти на меня».