<p>
- Получается, что ты закрылся со всех сторон, - бесстрастным голосом констатировал Антон. Он едва сдерживал свою ненависть к стоявшему напротив и скалившему зубы в довольной ухмылке человеку. - Даже и не подступишься. Признайся честно, наверное, уже решил, что оставил всех нас с носом? Ну, а тут вдруг такая неожиданность: я вылез со своим рассказиком на «посиделках». Вот ты и заволновался. Так ведь?</p>
<p>
- А ты бы на моем месте не заволновался? - глаза Шестюка снова недобро блеснули. - А вообще, конечно, ты молодец. Трупик Ушакова нашел вполне профессионально.</p>
<p>
- Спасибо за комплимент, - одними губами усмехнулся Макарьев и с едва заметной иронией добавил:</p>
<p>
- Мне исключительно приятно услышать такую высокую оценку именно от тебя.</p>
<p>
- Даже жаль такой талант губить, а придется, - с наигранной озабоченностью вздохнул Шестюк и поиграл пистолетом. - Но только сначала, Антоша, ты мне тоже кое-что расскажешь. Меня очень интересует, кто все-таки видел меня около «газика»? И какую потерянную мной вещь ты нашел в самой машине?</p>
<p>
- Отвечу на все твои вопросы с величайшим удовольствием, - Макарьев уже совершенно искренне широко улыбнулся. - Тебя никто около «газика» не видел и ничего я в автомобиле не находил.</p>
<p>
Агент несколько бесконечно долгих секунд сверлил лейтенанта недобрым взглядом.</p>
<p>
- Нехорошо, Макарьев, - голос Шестюка едва заметно напрягся, и он укоризненно покачал головой. - Я тебе исповедовался со всей, понимаешь ли, откровенностью, с открытой душой… А ты? В героя решил поиграть, лейтенант? В Мальчиша - Кибальчиша?</p>
<p>
- Не веришь? Жаль... – Антон сокрушенно вздохнул. - А я говорю правду. Все, что ты слышал сегодня в кабинете у Лопатина - это всего лишь моя выдумка. И порез на левом колесе «газика», и штуковина, которую якобы я нашел в машине. Я же просто хотел спровоцировать тебя на эту нашу встречу. Лицом к лицу. И вот видишь, получилось.</p>
<p>
- Сука ты, лейтенант, - зло прошипел Шестюк. Лицо его побелело от гнева, а глаза хищно прищурились. - Все равно моя взяла, слышишь? Ты сейчас подохнешь! Неужели ты этого не понимаешь? Я же сейчас кончу и тебя, и этого придурка!</p>
<p>
Он кивнул подбородком в сторону оцепеневшего от страха Кузина и ловким движением выхватил из кармана десантный нож. Щелкнуло, раскрываясь, лезвие.</p>
<p>
- Да, экипировался ты солидно, - уважительно заметил Макарьев.</p>
<p>
- Виталика я пристрелю из твоего пистолета, - сообщил Шестюк, делая короткий шажок вперед. - А тебя немного порежу вот этим маленьким ножичком. Пистолетик положу в твою руку, а на ноже оставлю отпечатки пальцев нашего Виталика. Вот и получится, что Виталик напал на тебя. Зарезал он тебя, гад. А ты, значит, теряя сознание, успел пальнуть в него из табельного оружия. И все, Антоша, концы в водичке.</p>
<p>
Ни один мускул не дрогнул на окаменевшем лице Макарьева. Чуть прищурив глаза, Антон внимательно следил за каждым движением агента.</p>
<p>
- Кстати, Виталику я положу в карман свой старый шифроблокнот, - продолжал витийствовать Шестюк. - Пусть следствие разбирается, кто из вас настоящий вражеский агент!</p>
<p>
Кузин испуганно шмыгнул носом, заерзал на стуле.</p>
<p>
Макарьев хранил молчание. Рот его сжался в жесткую линию.</p>
<p>
- Хотя, можешь поверить, долго они разбираться не будут! – противно захихикал агент. - Когда завтра космонавты на орбите закопытятся окончательно, здесь начнется такая суета и полетят такие большие головы, что вычислять, кто из вас настоящий шпион, а кто - невинная жертва вражеских спецслужб, будет некогда и некому. А я, милые мои ребятишки, буду уже очень далеко. И что главное, - при очень больших деньгах.</p>
<p>
- Вот как получается, - с трудом сдерживая себя, выдавил сквозь зубы Антон. - Значит, неприятности с системой управления на «Союзе» - это и в самом деле твоя работа? Я не ошибся?</p>
<p>
- Разумеется, - Шестюк снова ухмыльнулся. Его буквально распирало от гордости. - С этого-то все и началось, Антоша. Еще в мае. Вот это ты и проглядел, частный детектив Макарьев.</p>
<p>
Он довольно рассмеялся.</p>
<p>
- Но не расстраивайся, не ты один оказался незрячим. Ваша контрразведка тоже проморгала всю мою операцию. Простофили, млин…</p>
<p>
- Ты, кстати, тоже далеко не все предусмотрел, - Макарьев сложил руки перед собой на столе, стараясь привести нервы в порядок.</p>
<p>
- Например? - лицо Шестюка настороженно закаменело. - Объясни, что это я не предусмотрел?</p>
<p>
«А ведь он боится, - с интересом отметил про себя Антон. - Панически трусит, несмотря на всю свою браваду! Впрочем, так и должно быть… Что же, пожалуй, пришла пора взять нашего бычка за рожки!»</p>
<p>
- Хорошо, я тебе скажу, - Макарьев пожал плечами. Тон лейтенанта изменился, стал тверже. - Только сначала прекрати вертеть у меня под носом моим же пистолетом. Кстати, хочу тебя огорчить. Этот пистолет не будет стрелять.</p>
<p>
- Это еще почему? – лицо Шестюка вытянулось, он скосил глаза на оружие в своих руках. - Заряжен, снят с предохранителя...</p>
<p>
- Я открою тебе маленький секрет: на этом пистолете стоит спиленный боек, - подсказал Макарьев и пояснил:</p>
<p>
- Я получил оружие в дежурной части, зашел в учебную комнату и вытащил из демонстрационного пистолета ударник со спиленным бойком. Настоящий ударник из моего пистолета лежит сейчас в сейфе в комнате дежурного по монтажному корпусу. А у тебя, Женя, в руках пистолет с учебным ударником.</p>