- Отсиживается! – Ввернул ухмыляющийся, весь в копоти, Валерка.
Примолкли двигатели. Опали, похудели тугие рукава высокого давления.
- Тащите воздушный ствол! – Скомандовал начальник караула. Со второго хода волоките пеногенератор. Валерка! Слышишь? Чо скалишься?! Вакум! Петрович! Включайте пенообразователь!.. Брысь отседа! – Цыкнул на шныряющего рядам конопатого пацана.
Скрутив спрыск с лафета, поставили на него воздушно механический ствол. Мишка с Валеркой опять взялись за лафетные рукояти. Резво прибежавший Сапелкин невдалеке прикрепил раструб генератора высокократной пены ко второй от разветвления рукавной линии. Чекмарёв махнул рукой водителям. Пали!!!
ВЗРЕВЕЛИ под капотами сотни лошадиных сил. От лафета оторвался, вонзился в котлован длинный пенный луч.
Зрелище, как при войне миров! С новой силой закипело совершенно потрясающее сражение.
Разбежались переставшие хихикать последние зеваки.
- Больше давление, Петрович! Вакум! Больше! Удержим ствол. Удержим! Давайте! Попёрли, милые! – И Чекмарёв, нахлобучив покрепче блестящую командирскую каску, тоже встал за вырывающуюся лафетную пушку.
Из действительно переполненного котлована пополз в агонии к лафету, силясь достать, огромный горящий язык солярки. Как протуберанец от солнца. Ворочался, брызгал во все стороны ошмётками трескающего пламени, шипел. Его стали сбивать, а потом и добивать, заваливая грудами пены уже с двух генераторных стволов.
- Мишка! Валера! Ребяты! Ниже ствол, ниже! Ещё-о! – В азарте кричал Чекмарёв, с усилием поднимая рукоять лафетной пушки.
ПЛАМЯ СБИТО. Осилили, кажись. Давление в магистральной линии к пожару сброшено до минимума. Котлован белоснежен, весь в пене. По краям кое-где ещё взмётывались огоньки, но с треском, захлебнувшись, глохли. Лишь столбы электропередачи на дальнем берегу котлована всё ещё горели, истекая алым дымом и роняя сизые переливающиеся угли.
Над пожарищем курился едкий туман. Закрапал пока редкий дождь.
- Сапелкину и Черняеву залить те столбы. – Показал Чекмарёв. – Только из вёдер. Не вздумайте стволом. Там ещё может быть напряжение. С городской подстанции, олухи, наверно не вырубили. Как закончите, обследуйте. Чтоб ни огонька не осталось. Потом сюда. Живо! Аллюр три креста. Гроза надвигается! Гроза!
ОКОЛО продольных стеклянных лужиц, натёкших с рукавной линии, круто завернул, тормозя, краснощёкий рафик. Распахнулась дверца. С сиденья на подножку, потом на землю суматошно соскочил молоденький лейтенант. Оперативный дежурный. Побежал к пожарищу, поблёскивая начищенными сапогами.
- Ну что? – Выдохнул он, подбежав к Чекмарёву. – Ерунда была?!
- Что-то долговатенько ты был в объезде. Кого объезжал?
- Как вы со мной разговариваете? – Обиделся лейтенант, блеснув глазами. – Я на другом краю города был на объекте. Доложите обстановку!
- Нормальная обстановка. Тушим. Пеной. Соляра там. Сейчас на охлаждении работаем. Сеть из города, кажется, нам так и не отключили. Займитесь хоть этим.
- Займусь. – Буркнул обиженный опер. – А вы продолжайте.
- Убедил. – На ходу окликнул Валерку. - Пошли к Петровскому. Вакум! Выдерживай три-четыре атмосферы на насосе ещё минут двадцать. Ёмкости долго охлаждать будем. Петрович! Перекрой на разветвлении все вентеля, кроме Борькиного.
- Ого! Здорово нагрелась, паразитка! – Подойдя и коснувшись рукой тусклого бока огромной цистерны, вскрикнул Чекмарёв. – Плохо охлаждаешь, Борис! Надо лить не в одну точку, а орошать всю поверхность. Как можно это снизу сделать, подумай своей башкой! Сверху. Конечно, сверху… Валерка, забирай у него ствол и полезай по этой лестничке наверх. Оттуда дай мелкий распыл, сразу всю и охватишь. И соседние ёмкости захватишь.
- В-высоко, Иван Васильевич… - Нерешительно задрал голову Валерка. – Да и дождь скоро припустит. Вот-вот. Сам и остудит.
- Не бойсь, лезь, говорю. Борька, сбегай, принеси краниковый ствол. Им попробуем, дозированно… А на дождь не надейся. Захватил рукавную задержку? Подвесишь рукав за скобу на лестнице. Не то всей тяжестью он тебе руки повыворотит. Вперёд!
- Да знаю уж.
ГРОЗА надвинулась и в самом деле буквально грудью. Валила упругой стеной сырого ветра. За налитой белёсой тучей голубой мгновенный отсвет. Томящая пауза. Словно в размахе, с оттяжкой хлёстко ударил рассыпчатый гром. Валерка на вершине цистерны невольно пригнулся, продолжая орошать из ствола накалившийся металл ёмкости. Перепляс набегающего дождя. Над съёжившимися деревьями по периметру нефтебазы разбойничьи гаем злорадно колготилось вороньё, взмывая и вкось падая к поникшим кронам.