— Хочешь со мной?
Спросил и вдруг ощутил какую‑то непонятную дрожь — а если не пожелает? И тут же внутри облегчённо отпустило, как поймал её взгляд. Потому что Сюзанна…
Она аж задохнулась, понимая, что Павел предлагает всерьёз. Девушка, не в силах говорить, часто–часто закивала головой.
— Есть приличная вероятность, что вернуться назад не получится, — честно предупредил он.
Сюзанна ненадолго погрузилась в свои мысли, но затем опять кивнула:
— Тем более. Неужели ты ещё не понял, что без тебя мне просто неинтересно будет жить?
Кажется, он в Сюзанне не ошибся. Значит, точно простит, когда узнает все. Но, как все‑таки противно врать в глаза любимой женщине! Если не говоришь всю правду, её существенную часть — это тоже ложь.
— Паша, ну так что надо сделать, чтобы полететь с тобой к Наташке? — поторопила его девушка.
— В первую очередь ничему не удивляться. Какими бы чудовищными тебе ни показались некоторые события и информация, сжать зубы и молчать, — подполковник, сначала насладившись долгим поцелуем, принялся за инструктаж.
Совместить приятное с полезным? Элементарно! Весь вопрос, что из двух совершенно не связанных между собой занятий приятное, а что полезное? Здесь, конечно, все зависит от точки зрения. Если бы на месте молодого герцога был барон Алексий Стоджер, то часами манипулировать на вытянутых в стороны руках боевыми двухпудовыми жезлами — по одному в каждой ладони — и приятно — ну какой же мужчина откажется продемонстрировать свою силу и выносливость? — и, соответственно, полезно, так как со временем в результате увеличивается и то, и другое. Кирилл не сказать, что получал от этого упражнения особое удовольствие, но с полезностью оного был согласен. Впрочем, приятное тоже все‑таки присутствовало. Специальное бюро, сделанное местным краснодеревщиком по эскизу герцога, позволяло спокойно манипулировать тяжеленными жезлами, не отрывая взгляда от раскрытой книги. Кирилл читал, вращая железные дубины то в одну, то в другую сторону, а Сашка — этому дылде силы и выносливости хватало без всяких тренировок от природы — переворачивал страницы, периодически вытирал полотенцем пот с тела хозяина и… тоже читал. Главное — ни одна сволочь теперь не придерётся, что смерд смотрит в книгу. Нынче Александр — свободный человек.
Осваивание новой школы мечевого боя шло относительно быстро. Выступать в роли учителя Кириллу пришлось впервые. Он показывал приёмы, неизвестно откуда появлявшиеся в голове и мышцах — с каждым днём их было все больше и больше — поправлял движения своих учеников, включая барона Стоджера, и балдел от собственных возможностей. Сегодня молодой герцог и его ближники, пожалуй, были сильнейшими мечниками ойкумены.
Кирилл поменял направление вращения боевых жезлов и кивнул Сашке, чтобы тот перевернул страницу. Читали они исторический трактат о возникновении первых государств на Наташке. Герцогу последнее время стало совсем неинтересно изучать в академии естественные науки и математику. И совершенно не потому, что он считал их ненужными. Строго наоборот. Но… как‑то неожиданно Кирилл понял, что знает на порядки больше своих учителей. На порядки… А ведь их профессора просто ещё не ведают такого термина. Откуда что взялось? Вот, например, та же математика. Здесь на Наташке под ней понимают простейшую арифметику и основы двумерной геометрии. Никогда не слышали даже про элементарную алгебру, не говоря уже об абстрактной, линейной и универсальной. Что уж говорить о высшей математике? До дифференциального и интегрального исчисления, до теории множеств, теории вероятности и основ матстатистики на Наташке ещё не додумались. А у герцога в голове как будто секретная библиотека открылась. Достаточно подумать о чем‑то, и оно немедленно вспоминается, как если бы минуту назад изучал. Законы Ома и Кирхгофа, строение атомов и элементарные частицы, серная и азотная кислоты…
Стоп, стоп, стоп! Кирилл настолько удивился собственным мыслям, что перестал читать книгу и крутить железные булавы. Серная и азотная кислоты, это ведь… нитрирование! А нитрирование хлопка или пеньки — нитроцеллюлоза! Порох, тротил, огнестрельное оружие, артиллерия, бомбы и ракеты! С глухим стуком боевые жезлы грохнулись на пол, заметно проминая деревянный настил. Герцог пристроился между ними, ещё успев повернуться и откинуться спиной на бюро. Перед глазами крутились ручные пулемёты и зенитные эрликоны, танки с активной броней и реактивные самолёты, мелькали кадры громадных светящихся грибов дыма от ядерных взрывов и раскатанные в блин гравитационными пушками города! Он хотел схватиться обеими руками за раскалывающуюся голову, но не успел — все поглотила чернота…