— Вы надеюсь, ваше высочество, позволите принцессе немного задержаться во дворце и попрощаться со своей семьёй? — выразил желание Натан Джурский. Всецело распоряжаться дочерью он уже не имел права.
— Без всякого сомнения, ваше величество, — согласно склонил голову Кирилл.
Из постели они не вылезали почти сутки. И совершенно не потому, что все время занимались любовью. После более чем месяца нахождения в тесном маленьком «Волкодаве», стандартная базовая каюта с потолками за три метра казалась им верхом роскоши. Они давно привыкли, что стоит протянуть руку в любую сторону, и она обязательно упрётся в какую‑нибудь внутреннюю поверхность истребителя. Ну, или заденет другого члена экипажа. Последнее, впрочем, им совершенно не мешало. А на достаточно комфортабельной базе… В конце концов, могут они позволить себе один день отдыха? Особенно если учесть, что на далёкой Земле за это время пройдёт менее одной десятой секунды?
Только вот просто валяться у них не получилось. Сначала Сюзанна попросила любимого вывести на огромный «3D» — монитор, выполнявший в каюте роль окна, так понравившийся девушке вид на Наташку.
— Легко и непринуждённо, моя королева! — ответил Павел и, активировав голосовой интерфейс, дал команду компьютеру подключить комплексный сигнал с камер Волкодава — наружные оптические сенсора базы ещё не были установлены.
Они полюбовались красавицей–планетой, в это время выглядевшей ярким медленно утончавшимся серпом — на видимой с луны стороне Наташки наступала ночь. Тогда Затонов скомпилировал из записей картинку медленно вращающейся освещённой планеты и рассказал девушке об уже названых им континентах и внутренних морях Европы и Америки.
— Через три тысячи лет твоя самодеятельность вызовет большую путаницу, — рассмеялась Сюзанна. Но затем сама приняла активное участие в присвоении имён рекам и горным кряжам, побережьям и плоскогорьям, озёрам и заснеженным пикам высоких гор.
Они поочерёдно придумывали, и компьютер тут же рисовал надписи на экране. Получилось что‑то вроде глобуса.
Подполковник приблизил северную часть Америки и показал долину, где по проекту должно быть первое поселение модификантов. Затем вывел изображение почти точно такой же долины в Европе.
— Практически один к одному, — прокомментировал Павел. — Я понимаю, что инженеры и учёные умники, планировавшие развитие людей на Наташке двумя совершенно независимыми анклавами, хотели дать обеим группам модификантов равные возможности. Но зачем же доводить до абсурда? — у Затонова опять появилось какое‑то подсознательное неприятие географии Наташки.
Сюзанна, приблизив картинку ещё больше, стала внимательно рассматривать её — из растительности там был только какой‑то специальный протомох, равномерно покрывавший с его же помощью образованный за полмиллиона лет толстый плодородный слой почвы. В условиях высокого радиоактивного фона, угнетавшего любые мутации, собственной флоры на Наташке образоваться не могло. Девушка, уже успевшая изучить разработки генетиков специально для таких условий, быстро пририсовала деревья — сады и хвойный лес (высоченные сосны и разлапистые ели), на краю долины — поля и дороги. Около чуть парившего озера — вероятно на дне были горячие источники — накидала десяток–другой домиков под красными черепичными крышами. Полюбовалась получившейся картиной, совсем расшалилась и, в том месте, где из озера вытекала небольшая, но довольно бурная река, пристроила на берегу величественный средневековый замок, вытянувший высоко вверх стройные башни.
— Пашка, ты бы захотел жить в таком месте?
Затонов, с интересом следивший за рисованием, сначала высказал своё мнение об авторе картины:
— Сюзи, да ты у меня ещё и художник!
Затем поцеловал девушку и только потом признался:
— В этой райской долине вместе с тобой… — безо всяких сомнений!
— Райская долина? Так и назовём! — немедленно согласилась она. — А озеро? Только, пожалуйста, Пашенька, тоже как‑нибудь по романтичнее!
Задумался он совсем ненадолго, рассуждая вслух:
— Дымка… Духи? Озеро духов подойдёт?
Сюзанна от радости захлопала в ладоши.
А Затонов… Он вдруг прикинул площадь маленькой долины, просчитал на глазок, сколько народу она сможет прокормить, уменьшив масштаб, проследил возможный путь модификантов на юг после наступления запланированного специалистами «Генетик компани» похолодания с последующим через сотню–другую лет возвращением. Вообще уменьшив картинку так, чтобы была видна вся Европа, определился с самыми плодородными местами континента, мысленно наложив месторождения полезных ископаемых, попытался представить торговые пути и, наконец‑то понял, чем ему так не понравилась география Наташки. Она буквально сталкивала модификантов лбами. Раньше или позже, но люди на планете просто вынуждены будут воевать друг с другом! Северяне с плодородным центром за продукты питания — при ускоренном метаболизме их требуется довольно много. Народ центральных плодородных земель с севером за ресурсы — какое к чертям развитие может быть без железа, олова, меди, свинца и, в конце концов, золота и серебра? И все вместе они будут драться с югом за нефть — кровью промышленности. Совсем маленьких северных месторождений жидких углеводородов хватит только на остро необходимую промышленности химию, но никак не на горючее.