Сумасшедший дом! Иначе не скажешь. Кирилл, пользуясь возможностями файл–сервера, комбинировал статьи уставов, строчил скорописью тексты, а Генри со Стивеном Голдсмитом тут же переписывали их набело. Затем, ожесточённо споря, личный штаб герцога и полковник Стоджер обсуждали каждое предложение, на ходу внося поправки и перечёркивая только что написанное, и, только после убеждения всех в правильности текстов, заново переписывали их.
— Сначала выполни приказ, и только затем обжалуй его у старшего начальника? — с сомнением повторил барон Караваев. — Даже если приказ явно ошибочный?
Лоноксу поддержали все присутствующие.
Но вот в этот раз герцог спорить не стал — с его точки зрения в армии все приказы должны были выполняться всегда и без какой‑либо задержки — а повелел:
— Эту статью устава обсуждать не будем. Как я сформулировал, так и будет! Несогласные пойдут в рядовые!
Кирилла тут же поддержал полковник:
— У кого‑то есть сомнения в правоте нашего правящего герцога? — улыбка на лице барона Стоджера была достаточно зловещей, а рука ласково поглаживала рукоять меча. Сомневающихся не нашлось.
Больше всего споров вызвал, конечно же, пресловутый «Табель о рангах». Кирилл содрал название «Закона о порядке государственной службы в Сангарии» с исторического документа Петра–первого. Он больше всего подходил к ситуации революционных преобразований, которые вводил герцог.
— Все благородные получают сразу только звание младшего лейтенанта? — немедленно возмутился сэр Ризенштайн. Он, как граф, рассчитывал сразу получить какой‑нибудь чин старшего офицерского состава, то есть хотя бы майора. — Независимо от дворянского титула?
— Только так и никак иначе! — подтвердил Кирилл. — Исключений только четыре: сэр Алексий — надеюсь, никто не сомневается в его знаниях, опыте и возможности с честью справится с возложенными на него обязанностями? — и три присутствующих здесь члена монарших домов Европы. И то, нам присваивается только звание капитана. Возможно, позже для гражданских специалистов мы придумаем какие‑нибудь другие звания, соответствующие их должностям. Но сейчас, пока идёт война, удобнее привязываться к боевым рангам.
— Процедура присвоения следующих званий? — немедленно осведомился полковник Стоджер.
— По представлению старшего командира приказом любого вышестоящего со званием тремя рангами выше. Или действующий монарх. В любом случае утверждает приказ штаб–канцелярия верховного правителя государства.
— Я, значит, могу присвоить максимум только капитана? — решил уточнить сэр Алексий.
Кирилл кивнул, продолжая писать:
— Выходец из простонародья или рождённый дворянином только тогда получат соответствующее офицерское звание, когда делом докажут свою способность командовать подразделением. И не стоит забывать об ответственности — чем выше звание и должность, тем больше нагрузка на командира.
— Чернь в офицеры?! — ахнул сэр Караваев.
Герцог аккуратно положил фломастер и повернулся к барону:
— Лонокса, ответь, но только честно: ты бы удержал строй на Нижнем перевале всего лишь с копьём в руках, когда прямо в лоб несётся конная лава закованных в железо всадников?
В шатре вдруг наступила тишина. А барон Лонокса Караваев опустил голову.
— Я надеюсь, что и ты, и Генри, — Кирилл указал рукой в сторону сэра Кирпатрика, — и Стивен, и я — все, кто сейчас здесь находится — удержали бы строй в такой ситуации. Но эта, как ты сказал, чернь уже выстояла там на перевале. Потеряла большинство своих соратников, но выстояла. А теперь, Лон, попробуй поставить себя на моё место. Какому командиру я смогу доверять больше? Неграмотному крестьянину, делом доказавшему свою преданность Сангарии в кровавом бою, или другу детства, с которым только на сады родичей в набеги по яблоки и по гауши ходил? Согласись, сэр Лонокса, пока даже «младший лейтенант» для всех нас много. Но, повторяю, я, все же, верю, что мы справимся, поэтому все дворяне, добровольно вступившие в наше войско, сразу получают младшее офицерское звание, в конце концов, мы хоть более–менее образованы, — герцог помолчал и добавил: — А неграмотных мы подтянем. Кстати, леди Астория, у тебя отличный почерк. Не сочти за труд написать указ об обязательном обучении арифметике и грамоте всех сангарских воинов, независимо от происхождения. Я подпишу его немедленно. Хотя… — юноша на секунду задумался, — вообще всех, кто идёт с нами освобождать герцогство, включая слуг.