Асатур молча смотрел на эту сцену, изучая поведение девочки и стараясь не упускать ни одной мимики на её лице.
Аня подошла к Алёне, взяла её на руки.
— Присядем тут, — сказала она Асатуру.
— Да! — ответил Асатур. И продолжил. — Вы очень любите детей, Аня, у вас есть дети?
— Нет! — ответила Аня. — Мой муж без вести пропал на Афганской войне, мы не успели завести детей, — продолжила няня.
— Извините, я не знал, — ответил Асатур.
— Ничего страшного, — продолжила Аня. — Но вы верно заметили, я детей люблю. И для меня просто счастье, что тикин Астхик позволила дать Алёне мою фамилию.
— Я приятно удивлён, Аня, — с круглыми широко раскрытыми от удивления глазами сказал Асатур.
— Да, Алёна Матвеенко, она же русская, — продолжила Аня. Но через секунду поняла, что сболтнула лишнее, и сразу поменяла тему. — А у вас есть дети?
— Нет, мы тоже не успели, моя жена в прошлом году попала в аварию и, к сожалению, я её потерял.
— Простите, ради Бога, — сказала Аня.
— Не извиняйтесь, Аня, и давайте уже перейдём на «ты», если позволите? — смягчая ситуацию, предложил Асатур.
— Да! — ответила Аня.
— Я хочу усыновить Алёну, — продолжил Асатур. — Собрал все документы, но решил перед тем, как её усыновить, почаще приходить к ней и налаживать отношения. Я хочу, чтобы она привыкла ко мне и полюбила. И для этого я буду частым гостем у вас.
Слова Асатура тревожно прозвучали для Анни, хотя она понимала, что это судьба многих детей из детского дома, и даже не всем детям попадается такое счастье обрести семью. Но такое услышать про Алёну она не была готова и приняла это так, как будто Асатур злодей, который хочет забрать ребёнка у родной матери.
Неожиданно для Асатура она резко встала, крепко обняв Алёну, ни слова не сказав, ушла.
Асатуру понятна была реакция Анни, но решил промолчать, дать время ей прийти в себя и потом вернуться к этой теме. Он молча проводил взглядом Аню с Алёной, а потом встал, посмотрел на парящих над головою голубей и тихо ушёл.
Да! Не думал Асатур, что день будет таким, но всё ещё впереди, и всё наладится.
Аня почти бегом поднялась в детскую, не отпуская из объятий Алёну, закрыла за собою дверь и со слезами на глазах сказала: «Не отдам я тебя никому, солнышко моё». Прижав малышку к себе, не смогла удержать слёзы, они ручьём лились по красным щекам няни.
***
Следующим утром Асатур решил купить маленькой Алёне подарок. Выпив, как обычно, большой стакан крепкого кофе, спустился вниз и подошёл к машине. Чёрная «Волга» сияла под солнцем, как чёрный мустанг. Асатур к машине относился очень бережно, машина была самым преданным другом для него, они вместе прошли и огонь, и воду. Асатур к ней относился не как к машине, а как к боевому коню, ухаживал и оберегал её. Машина всегда блестела от чистоты и внутри пахнула нежным ароматом от флакона с ароматизатором для машины. Он в то время очень дорого покупал такие ароматизаторы у туристов, кто приезжали из Америки, а таких людей, как ни странно, много жили в Норк-Мараше. В основном эти люди — выходцы из восточной Армении, чьи родственники, после геноцида армян в Османской Турции, сбежав, оказались в Америке. Раз в году советские власти позволяли им ехать в Америку и увидеться со своими родными и близкими, естественно, под тайным, пристальным наблюдением чекистов КГБ.
Подойдя к машине, он увидел соседку тикин Лусине.
— Добрый день, тикин Лусине, — сказал он.
— Добрый день, сынок, — ответила пожилая соседка, — зайди к нам, муж из Америки вернулся, много чего принёс на продажу, может, что-то присмотришь для себя. Асатур очень уважал тикин Лусине, хотя в мыслях торопился, но не захотел отказать соседке и, подойдя к калитке, открыл и вошёл во двор. Во дворе его встретила Лусине и проводила в дом, где в самой дальней комнате на кровати и на всех стульях, как в магазине, была выставлена одежда, духи и сигареты, что муж привёз из Америки на продажу. Да, ничего не скажешь, все товары сразу отличались своим качеством, фасоном и даже упаковками от примитивных советских товаров. Среди изобилия товаров в глаза Асатура попались детские кружевные платья. Они сияли от блеска шёлка и похожи были на одежду сказочных принцесс. Асатуру очень понравились они, и он спросил тикин Лусине: — А для девочки почти двух лет найдётся такое платье?
— Как раз это голубое, что лежит сверху, подойдёт, — ответила тикин Лусине. — А для кого? — с улыбкой спросила Лусине Асатура.
— Для дочки друга, — смущаясь от вопроса, ответил Асатур, — и продолжил: