Аня согласилась, но вот дилемма: как уйти пораньше, чтобы и Алёна не пострадала от этого, и Асатура не обидеть своим опозданием, при всём этом само́й успеть подготовиться к свиданию. Это свидание — первое за много лет после мужа, и сердце трепетно бьётся от волнения, как у маленькой девочки.
***
Асатур сегодня утром рано встал. Принял душ, пробрился и после обычного утреннего кофе спустился в сад, набрал красивый букет из цветов, что росли в саду, и вышел из дома. Он на машине спустился по серпантину Норк-Мараша и направился в кладбище, на могилу жены. Скоро два года, как её уже нет, а у него сегодня свидание, он чувствовал, как будто ведёт себя предательски по отношению к памяти жены. Он решил поехать к ней, поговорить и попросить прощения, попросить, чтобы она благословила его.
Кладбище находится в Советашенском районе Еревана. Доезжая до кладбища, Асатур оставил машину на стоянке и пешком поднялся вверх по склону. Чувство на сердце, как будто он идёт на паломничество в святой храм, и в действительности это так. Для армян место покоя своих родны и близких людей — это святое место, к которому они относятся с глубоким уважением. Дойдя до могилы, он встал на секунду перед надгробным камнем, откуда с нежной улыбкой на него смотрела жена, чей портрет искусно был гравирован на красном граните. Взгляд жены сбил его с ног, он присел на угловой камень могилы, и с глаз потекли слёзы. Он не мог найти слова, что сказать ей. Придя в себя и вытирая слёзы, положил цветы на могилу, взял полупорванный пакет, что лежал в углу могилы, достал оттуда кусочки сухих палочек и пачку ладана. Поджёг деревянные палочки и помолился, добавляя ладан на дымящие угли. Аромат ладана воцарился вокруг. Снова потекли слёзы с его глаз. Не смог открыть рот и сказать хоть слово. Он встал, направился к машине, но сделав шаг, вдруг резко повернулся, как будто кто-то его позвал.
Конечно, вот отредактированная сцена. Она приведена в соответствие с грамматическими и стилистическими нормами русского языка, с корректной пунктуацией и более выверенным слогом, что делает текст сильнее и эмоциональнее.
***
— Извини меня, милая, — вырвалось у Асатура, — слова стоят комом в горле.
Он помолчал, глотая воздух, и продолжил, уже тише:
— Я люблю тебя. Сильно. Ты навсегда в моей памяти. Мне жаль, что судьба распорядилась так. Я сам к этому не стремился...
Он перекрестился, будто скрепляя крестом правдивость своих слов.
— Я лишь хотел усыновить бедную Алёну, и больше ничего. Но судьба столкнула меня с Аней, и... у нас появились чувства. Но! Это не значит, что я забуду тебя. Нет. Жизнь продолжается, и, видно, Бог определил мне такой путь. Нет ни дня, чтобы я о тебе не вспомнил. Наш дом, цветы в саду, даже кормушка для птиц, что мы вместе привязали на балконе, — всё напоминает о тебе. Часто дом наполняется твоим ароматом, и мне кажется, что ты сейчас выйдешь из спальни с распущенными волосами, как я любил. Я жду. Жду... Но тебя нет. Мне больно. Я страдаю. И Бог, видя это, даровал мне утешение, которое я нашёл в Алёне и Анне. Не суди меня строго. Умоляю. Я пришёл сегодня за твоим благословением. Без него я не смогу жить дальше, не смогу продолжать эти отношения. Любящее сердце всегда стонет: или от муки, или от любви. Но нет мне счастья, если оно не одобрено тобой.
Он снова замолчал, закрыв глаза, и из памяти всплыл её голос:
— Помнишь, ты однажды шутя сказала: «Я буду жить дольше, чем ты»? Мы посмеялись тогда, а я обнял тебя и сказал: «Вместе до гроба». Увы, жизнь разлучила нас раньше времени, и мои слова потеряли силу. Теперь я стою перед тобой...
Его голос, срываясь на шёпот, прозвучал как последняя исповедь:
— И уйду я отсюда либо предателем, либо — с твоим благословением. С чувством, что ты отпускаешь меня. С любовью...
Асатур замолчал. Вокруг воцарилась абсолютная тишина, будто сама природа затаила дыхание, внимая его словам.
И вдруг — откуда ни возьмись — появился голубь. Белый, как ангел. Он сделал несколько кругов над могилой, а затем спустился и сел прямо на надгробный камень. Асатур смотрел на птицу, и ему показалось — или он лишь отчаянно хотел этого, — что во взгляде тёмных птичьих глаз он узнал её взгляд. Тот самый, родной и бесконечно любимый.
Голубь просидел так с минуту, потом резко взмахнул крыльями, в последний раз покружился над головой Асатура и умчался вдаль, растворившись в белёсой дымке облаков.