— Ничего странного, человек решил уехать, ну и что? — ответил Асатур.
— А вот что, — генерал замолчал на секунду и тревожно, открыв жёлтый конверт, дрожавшими руками протянул фотографии из конверта Асатуру. — Посмотри на эти фотки, сделанные моими людьми.
Асатур взял фотографии и замер от того, что увидел на них. На фотографиях знакомые лица, это известные контрабандисты и скупщики антиквариата в Ереване. А с ними ещё человек в тёмном пальто и в очках. Явно у них деловая встреча. На одной фотографии у человека в пальто в руках завёрнутая в бумагу картина и портфель, что протягивает одному из этих скупщиков. Не трудно догадаться, что там драгоценности и золотые изделия.
— Владимир Геннадиевич, кто этот человек в пальто? — спросил Асатур, приподняв удивлённые глаза от фотографии.
— Человек в пальто — зять Овакимяна, — ответил Караченко, — он уже у нас. А вот скупщики исчезли, ищем. Обыск в доме зятя ничего не дал. Дом был пустой. А Овакимян в спешке уезжает.
— Так остановите его, чего ждём? — воскликнул опять Асатур.
— Не спеши, Асатур, успокойся, по-твоему, я об этом не думал? — Не хочется спугнуть рыбу, если в этом замешан Овакимян, то после ареста зятя он предпринял надлежащие меры. Надо следить за ним и понять, может, это только вершина айсберга, и чёрт знает, ещё до чего докопаемся. Я поднял дело, над чем он и Иван работали. С утра внимательно изучаю. Есть много интересного, так как дело касается организованной преступной группировки, которая занималась продажей золота, драгоценных камней и антиквариата за границу.
Изучаю и рапорт, как неизвестным бандитам удалось украсть захваченный у контрабандистов груз почти в центре Еревана.
В последние дни перед захватом бандитской группировки Овакимян и Дроздов часто спорили о чём-то и очень сильно, иногда эта ссора выходила за двери кабинета и продолжалась в коридорах. Все знали, что они давние друзья, и не обращали на эти ссоры внимания. Теперь ясно одно, что из этих двоих один отступился, и ценой этого стало исчезновение Ивана и убийство его жёны, а дальше привело событиям, что взяли начало с ареста зятя Овакимяна.
Караченко открыл наградной портсигар, достал из него сигарету и закурил. Подойдя к окну кабинета, он задумчиво смотрел на улицу. Вдали горизонт покрывался розовым оттенком, — скоро рассвет, — тихо пробормотал под носом Владимир Геннадиевич. — Отойдя от окна, он присел на диван, сто́ящий в углу, и продолжил. — Во-первых, список найденных предметов искусства и драгоценностей до смеха мал, исходя из материалов дела их, должно быть, намного больше. Второе! Отчёт об операции написал только Овакимян. А отчёт Ивана нет вообще, что очень странно. Третье: отчёт об операции был написан аж через неделю после операции и через два дня после исчезновению Дроздова и убийство Лены.
— Я до сих пор помню дрожащий голос Ивана, что просил приезжать к ним домой. Мы с вами туда поспешно поехали из вашего дома. Помните, Владимир Геннадиевич? — сказал Асатур.
— Да, помню! И этот день мне снится почти каждую ночь. Мы с тобой слишком поздно приехали туда. Квартира была разгромлена как после землетрясения, и только в спальне под кроватью нашли маленькую Алёну. — Голос генерала задрожал. Он опять потянулся к портсигару и закурил сигарету. — Как там наша малышка? Надо съездить, навестить как-то. — продолжил генерал.
— Всё с нею хорошо, — ответил Асатур, прикусив язык. То, что он навещал малышку, генерал не знал.
— Так! А ну-ка поподробнее? — у Караченко впервые за несколько часов, что общались с Асатуром, появилась улыбка.
— Да, вот как-то проезжал мимо и заехал навестить. Так и узнал.
— Асатур! — приподнял голос Караченко. — Я тебя, как моего сына знаю, давай выкладывай всё и по порядку.
Зная, что генерал не отстанет, пока всё не вытрясет из него, Асатур рассказал всё.
— Да, сынок! — с нежной отцовской улыбкой ответил Владимир Геннадиевич. — Хотя ты нарушил мой приказ забыть эту роковую ночь, но ты молодец! Я понимаю, тебе, тяжело после смерти жены, но жизнь продолжается. Так что держись за неё покрепче. И усыновить Алёну тоже хорошее и верное решение.
— Ладно, дорогой Асатур, рассветает. Тебе задание! Сам будешь следить за Овакимяном. Никому это дело доверять нельзя, так как не знаем, кто в этих стенах ещё замешан в этом. Так что давай приступай не мешкая.
— Так точно, товарищ генерал! — вставая с места, сказал Асатур и двинулся к двери.
— Будь осторожен, товарищ майор. — вслед Асатуру сказал Караченко.