Глава: Погоня в горах
На улице было холодно. Солнце постепенно поднималось из горизонта, согревая розовую столицу. Горожане, как обычно, шли на работу, и на остановках уже знакомые люди, что каждый день в то же самое время шли на работу, обсуждали политическое состояние страны и последние новости с митингов. Их бурное обсуждение прервал сигнал машины, что каждое утро поливала водою улицы города, умывая её после дворников, которые подметали улицы столицы, как у себя дома. Ведь для ереванцев столица как родной дом.
Асатур вышел из здания и направился на площадь Ленина. По дороге зашёл в магазин и купил пачку сигарет. Взяв в сдачу мелочь, перешёл улицу и подошёл к таксофону.
— Алло, Карен, это ты? — сказал Асатур после гудков в трубку.
— Да! А кто это? — спросил голос на другом конце.
— Это Асатур, мне машина нужна.
— Понял, жду в гараже через час.
Асатур повесил трубку. Пешком дойдя до площади, направился к рынку рядом с ГУМом. Напротив рынка была остановка автобусов, что ехали в Сари-Таг, это, как и Норк-Мараш, один из самых старых кварталов Еревана, заселённый в основном одноэтажными домами, с красивыми садами и узкими улицами.
Карен, друг детства Асатура. Он занимался у себя в гараже ремонтом и починкой битых машин. Семья Карена родом был из Бейрута, откуда переехала на родину в 60-е годы. Эту специальность Карен унаследовал от дяди и был знаменитым мастером по всему Еревану. В детстве они с Асатуром часто угоняли машины, сто́ящие на ремонт у дяди, чтобы кататься по узким улицам квартала. За то часто и получали ремнём от дяди Карена.
Дойдя до дома Карена, Асатур увидел, что друг его ожидает у гаража, сидел он на табуретке и острым ножом чистил яблоко. Друзья обнялись, и Карен предложил другу кофе, что стоял уже на пеньке рядом с ним.
— Опоздал, кофе остыл, брат. — сказал Карен.
— Да, сам знаешь, автобус пока не наберёт людей, не трогается с места.
— Да, брат, это Сари-Таг. — ответил Карен.
— Мне машина нужна, — продолжил разговор Асатур.
— Я это уже услышал, — ответил Карен, — во что влип на этот раз? — продолжил он.
— Карен! — не задавай вопросов, знаешь, не отвечу. — сказал строго Асатур. — Поможешь с этим или нет? — спросил Асатур.
— Тут машина есть одна, «шестёрка», подождёшь часок, приведу в порядок и бери. — сказал Карен.
— А кто хозяин? — спросил Асатур.
— Из Абовяна мужик какой-то. Оставил на ремонт, сам лечится в Ессентуки. Приедет к концу месяца.
— Подходит, — ответил Асатур и, положив руку на плечо друга, продолжил. — Я даже не сомневался, что ты мне поможешь.
— Ага, — вскрикнул Карен. — Честно, после последнего раза, что ты у меня брал машину на три дня, не особо хотел помочь. Эту машину потом только через месяц нашли. Вся в дырках.
— «Град» был сильный. — ответил Асатур.
Друзья посмеялись, и Карен принялся за работу. Через час Асатур сидел за руль белой «шестёрки». Включил магнитолу, заорала громкая ресторанная музыка, и помчалась лошадка вдаль.
— Он никогда не изменится! — подумал вслед друга мастер Карен.
***
Глава: Погоня в горах
Час спустя белая «шестёрка» Асатура замерла у многоэтажки на улице Комитаса. Перед подъездом, где жил Овакимян, стояли две машины — грузовой «ГАЗ» и чёрная «Волга». У грузовика двое крепких парней быстро перебрасывали в куз ящики и чемоданы. Вторая машина стояла с открытым капотом; водитель, сжав зубами папиросу, что-то проверял в двигателе.
«Собираются», — холодно констатировал Асатур.
Он плавно спустил стекло, достал из кармана миниатюрный «Зенит» и, прикрыв его ладонью, сделал несколько снимков. Фотоаппарат скрылся так же быстро, как и появился. В этот момент из парадной вышла семья Овакимяна — сам полковник, его жена и сын. Спокойно, без лишней суеты, они устроились в салоне «Волги». Оба автомобиля тронулись почти одновременно.
«Уезжают! — в голове Асатура щёлкнул выключатель. — Как предупредить Караченко? На связь выходить нельзя — могут запеленговать».
Мысли проносились молниями, но времени на раздумья не было. «Волга» и грузовик уже сворачивали на проспект.
«Только одно — не упустить!» — мысленно выдохнул он и резко вывернул руль, пристроившись на почтительной дистанции.
Колонна уверенно взяла курс на север, в сторону грузинской границы. Через несколько часов асфальт сменился петляющим серпантином Дилижанского перевала. Дорога опустела, пейзаж стал суровым и безлюдным: слева — отвесные скалы, справа — глубокое ущелье, затянутое дымкой. Держаться незаметно на такой трассе было невозможно. Асатур лишь отдалялся и приближался, играя с расстоянием, как карточный шулер. Но противники были не из простых.