— Дорогой Алик, можно вас попросить рассказать мне более подробно о случившемся. — начал разговор начальник спецотдела КГБ Владимир Геннадиевич.
— Да, конечно, — ответил Алик и начал рассказывать. — Когда повернули за очередной поворот серпантина, издалека машину заметила Марина. Подъехав к месту аварии, я остановился, и мы с женой вышли из нашей машины. Вокруг никого не было, трасса была пустая. Я первым подошёл поближе и заметил раненого водителя. У него лицо был в крови. Я потрогал капот, он был тёплым, и я понял, что авария случилась недавно. Слава Богу, правая дверь от удара не заклинило, и мне удалось пробраться во внутрь, с трудом, но и осторожно я вытащил его. Марина до свадьбы работала медсестрой и, увидев раненого, сразу побежала до нашей машины и принесла аптечку. Она молодец, умничка, не растерялась. — Алик слегка улыбнулся и закурил ещё одну сигарету. — Оказав первую помощь, мы аккуратно перенесли мужчину в нашу машину, разместили его на заднем сидении, и я погнал в ближайшую больницу. Мы переночевали в гостинице и сегодня вернулись узнать, как он.
Владимир Геннадиевич открыл портсигар и, закурив следующую сигарету, вопросительным взглядом посмотрел на Алика. Молодой человек даже немного растерялся от такого взгляда и сказал: — Что-то не так?
— Нет, Алик, всё в порядке, — ответил генерал и продолжил: — Просто скажи мне ещё, вы ничего такого не заметили на дороге или на месте аварии?
Алик затянулся глубоко и, в небо запустив густой дым от сигарет, ответил.
— Перед тем как мы повернули на зловещий поворот, где была авария, нас чуть в пропасть не сбросили две машины, которые летели как пули прямо на нас. Я на дилижанских серпантинах такое никогда не видел. Кто это был, не знаю, даже не успел разглядеть ни модель, ни номера машин, так как чудом смог отвернуться от них и не угодить в пропасть.
И ещё, — после очередной глубокой затяжки продолжил Алик, — на лобовом стекле машины вашего друга я заметил четыре-пять дырок, это точно от пули.
— Спасибо, Алик, вы мне очень помогли. — сказал Владимир Геннадиевич и протянул ему визитную карточку.
— Это вам, Алик, не дай Бог пригодится, но смело звоните, я ваш должник.
Генерал попрощался и зашёл в больницу. А Алик смотрел на визитку с удивлением. Да! — Не каждый день в руках визитка генерала КГБ.
В больнице за дверью его ждал дежурный милиционер, кто и после приёма Асатура в больницу проверил карманы, нашёл его корочку офицера КГБ и сразу позвонил, доложил о происшествии. Так, Владимир Геннадиевич узнал об аварии и немедля примчался в Дилижан с двумя сотрудниками.
— Товарищ генерал, — обратился старшина милиции к генералу, — вас ожидает главврач больницы, как и просили.
— Хорошо, проводите меня к нему, — ответил генерал.
***
Генерал зашёл в кабинет и сразу приступил к делу.
— Товарищ Мамиконян, — так звали главврача Дилижанской городской больницы, — первое! спасибо вам и всему персоналу, что так оперативно среагировали на случившееся и второе: я тороплюсь в Ереван, но тут, у больного, останутся двое моих ребят. Они вам не помешают, обещаю!
— Всё в порядке, Владимир Геннадиевич, — ответил главврач и продолжил. — Езжайте спокойно, мы обо всём позаботимся.
— С вашего разрешения я перед уходом ненадолго зайду к моему товарищу, можно?
— Да, конечно, но помните, его долго беспокоить нельзя. — ответил Мамиконян.
— Да, естественно, — сказал генерал и, попрощавшись, вышел из кабинета.
***
Асатура разместили в самом конце 3 этажа. В палате был только он один, а за дверью, как часовые стояли сотрудники КГБ в штатском. Увидев приближающегося генерала, они подтянулись и открыли дверь. Генерал вошёл в палату и, заметив, что Асатур уже пришёл в себя, спросил: — Как ты, герой дня?
— В порядке, товарищ генерал, — еле-еле ответил Асатур.
— Мы обо всём потом поговорим, — продолжил генерал, — а теперь отдыхай. За дверью наши ребята что надо будет, обращайся. — сказал Владимир Геннадиевич и, улыбнувшись, добавил: — Я в Ереван, не шали тут, как в прошлый раз, все тебя искали, а ты с дворником поляну накрыл за больницей.
— Но он же был таким мужиком, как не пить с ним, товарищ...
— Молчи, проказник. — не дал закончить предложение генерал и вышел из палаты.
— Глаза и уши в оба, чтобы муха лишняя не пролетела тут! — приказал генерал, и его шаги направились к выходу.
***
День приближался к закату, небо покраснело от последних лучей уходящего солнца, и таинственная ночь пробиралась из окрестных лесов в город, накрывая её тёмным покрывалом.