— Ты не голоден? — спросил один из парней, сто́ящих за дверью палаты Асатура.
— Есть малёк, — ответил второй.
— У меня бутерброды с собой, — продолжил первый офицер и, открыв пакет, что стоял на полу рядом с креслом, достал оттуда бутерброд с сыром и колбасой, заправленный сметаной.
— На! Бери, угощайся, это жена моя приготовила. Она меня из дома не выпускает, не отдав пакет с бутербродами. Иногда это даже как-то неловко, чувствую себя пятиклассником, идущим в школу. — Оба парня засмеялись. И стали с аппетитом есть бутерброды.
— Вкусно очень, тебе повезло с женой, — сказал второй парень и попросил салфетку из пакета.
— Ешь на здоровье! — ответил второй и хотел ещё что-то добавить, как открылась дверь палаты, и оттуда показалась голова Асатура.
— Привет, ребята! — с трудом сказал Асатур. Агенты растерялись, неожиданно увидев его между дверьми.
— Вам нельзя вставать! — сказал один из сотрудников, при этом старался спрятать за спиной бутерброд. А второй сделал шаг к Асатуру и поддержал его за руку со словами:
— Товарищ майор! Извините, но вы ещё слабы, как врач сказал, и вам лучше вернуться в постель. Если что-то надо, сейчас позову медсестру. — предложил молодой сотрудник КГБ.
— Всё в порядке, Гамлет! — улыбнулся и ответил Асатур. — Никого вызывать не надо. Ты меня знаешь, я не тот, кто умеет просто лежать. — улыбнулся Асатур в ответ беспокойству Гамлета.
— Да! Товарищ майор, я вас знаю. — Гамлет тоже улыбнулся в ответ Асатуру и продолжил. — Что вас заставило подняться из постели, чем вам помочь? — спросил он.
— Дайте мне сесть на кресло, всё по очереди. — протянув руку до спинки кресла, ответил Асатур.
Молодые офицеры помогли присесть Асатуру на кресло и, убедившись, что он нормально присел, встали перед ним, аж чуть не в стойке «смирно».
— Расслабьтесь! — сказал Асатур, посмотрев на ниже рангом офицеров, и продолжил. — У меня к вам просьба, но об этом ни слова генералу. Хорошо? — спросил Асатур.
— Начинается! — тихо пробормотал Гамлет, вспоминая его поход за коньяком и шашлыками в тот раз, что упоминал генерал в разговоре с Асатуром.
— Нет! Гамлет, на этот раз ещё серьёзнее, — еле-еле поправляя себя на кресле, ответил Асатур. И продолжил. — Насколько я помню, ты ездишь на машине как гонщик «Формулы-1». Верно?
— Да, не жалуюсь! — ответил Гамлет и продолжил: — но если я отсюда уйду куда-то, отойду, генерал.
— Гамлет, я сам тебя убью, если она к утру не будет здесь.
Последние слова стали причиной недопонимания, так как оба сотрудника знали, что у Асатура жена умерла. И не понимая ничего, с вопросительным взглядом посмотрели на майора КГБ.
— Это чрезвычайно конфиденциально, ребята, — продолжил Асатур и, сжимая руку Гамлета, продолжил. — Да, Гамлет! Так получилось. Её зовут Аня, запиши номер телефона. Привези её.
И всё так придумай, чтобы она не скончалась по дороге сюда. — Асатур посмеялся, чтобы немного разрядить обстановку и подчеркнуть его дружеское отношение к ним.
— Товарищ майор, всё будет сделано чётко и без огласки, — ответил Гамлет и добавил: — Но если меня выгонят из службы, то это только из-за вас, и ещё из-за того, что я не могу отказать моему наставнику.
— Спасибо тебе, Гамлет! Лети уже, за меня не беспокойся, всё будет хорошо, да и наши враги, как я думаю, уже давно покинули границу Армении. «Так что некому меня тут тревожить», — сказал Асатур и с трудом, вставая с кресла, направился в палату.
Молодые агенты помогли прилечь в постель Асатуру и, выходя из палаты, аккуратно закрыли за собою дверь, заодно выключили свет.
— Каро! — обратился Гамлет к своему напарнику. — Ни секунды глаз не смыкать, не подставляй нас, от тебя многое зависит. Сводку будешь давать каждый час. На вопрос, где я, ответь что-нибудь, но так, чтобы звучало убедительно. А я до обеда буду здесь.
— Не беспокойся, Гамлет, — ответил Каро и, пожимая руку напарника, пожелал удачи.
***
Асатур лёжа не кровати, поправил подушку. Повернув голову в сторону окна, стал смотреть на луну, что ярко светило, направив свои лучи прямо ему на лицо.
Луна — одно из волшебных созданий на небе. Она свидетель многих человеческих деяний на земле, от тайных поцелуев Ромео и Джульетты до творения зла человеком под покровом ночи. Сама показывая людям всегда только одну свою сторону, была свидетелем проявления двуличности человека. Одни днём как Божьи ангелы, а ночью слуги дьявола. Другие днём поддаются во все тяжкие, а под лучами лунного света мученики, что ищут в молитвах своё покаяние и спасение.