— Это долго, — усомнилась Алёна. — На это могут уйти месяцы.
— У нас их нет, — мрачно сказал Асатур. — Он уже вышел на публику с таким размахом не просто так. Он что-то затевает. Крупный проект, возможно, политический. Он набирает обороты. Мы должны двигаться быстрее. — Он посмотрел на генерала. — Параллельно с внедрением Алёны, мы, с помощью Сергея и моих старых связей, будем копать с другой стороны. Его прошлое. Афганистан. Овакимян. Нужно найти живых свидетелей, которых не успели убрать. Тех, кто знал Матвиенко. Найти артефакты из того самого «каравана», которые могли всплыть на чёрном рынке. Любой крючок, за который можно зацепиться.
— А я, — Караченко слабо улыбнулся, — пока ещё дышу, буду использовать свои последние козыри в коридорах власти. У меня ещё есть долги, которые нужно отдать. И люди, которые помнят старую школу. Я начну тихий, осторожный зонд. Запросы. Проверки. Создам ему административный шум, чтобы отвлечь внимание его службы безопасности.
Они сидели, и план, страшный и грандиозный, начинал обретать черты. Это была не одна операция, а три, идущие параллельно.
1. Легаси (Кодовое имя: «Наследница»).Алёна внедряется в юридическую структуру Волжина. Её оружие — интеллект, хладнокровие и легальный статус. Её цель — найти уязвимость изнутри, человека или документ.
2. Археолог (Кодовое имя: «Тень»). Асатур и Сергей роют прошлое. Ищут свидетелей, артефакты, любые нити, ведущие к преступлениям Матвиенко в 80-90-е. Их оружие — опыт, связи и готовность идти по самому краю.
3. Патриарх (Кодовое имя: «Резонанс»).Караченко, используя остатки своего влияния, создаёт давление сверху, провоцирует проверки, ищет бреши в текущей деятельности холдинга.
— Координация будет через меня, — сказал Сергей. — Общаемся только через одноразовые шифрованные каналы. Встречи — только здесь, в этом доме, или на нейтральных, проверенных площадках. Никаких контактов в обычной жизни. Алёна, для всех ты — амбициозная выпускница, которая удачно устроилась в московскую фирму. Асатур — отец, который переживает, но отпускает дочь в большую жизнь.
Алёна кивнула, её ум уже работал, прорабатывая детали своей новой роли.
— А если... если он узнает? Узнает, кто я на самом деле?
— Тогда игра закончится, — холодно сказал Асатур. — И начнётся война. Война, к которой я готов. Поэтому твоя безопасность — абсолютный приоритет. При малейшем намёке на опасность — ты выходишь из игры. Мгновенно.
— Я не выйду, — твёрдо заявила она. — Я буду осторожной. Но я не выйду, пока не сделаю то, за что взялась.
В её глазах горел тот самый огонь, который видел в своём напарнике Иван Дроздов. Огонь правды, не знающий страха.
План был утверждён. Началась подготовка. Сергей принёс толстые папки по «Легаси Консалт» — структура, ключевые сотрудники, типовые дела, корпоративный стиль. Алёна погрузилась в изучение, как когда-то в учебники по праву. Асатур и Сергей уединились в кабинете, доставая из архивов старые, полузабытые имена и фамилии.
Поздно ночью, когда Алёна, измотанная, но не сломленная, ушла в отведённую ей комнату, Асатур остался наедине с генералом.
— Я отправляю её в пасть к волку, Владимир Геннадьевич, — прошептал он, глядя в темноту за окном.
— Нет, — возразил старик. — Мы отправляем волчицу в логово к шакалу. Шакал силён и хитер. Но волчица... у волчицы есть то, чего у него никогда не было и не будет. Честь. И ярость за свой выводок. Она справится.
— А если нет?
— Тогда, — Караченко тяжело вздохнул, — мы оба будем гореть в аду, но перед этим устроим ему такой финал, что ад покажется ему курортом. Но она справится, Асатур. Верь в неё. Как я верил в тебя.
Глава: Симфония роскошной мести
Через неделю Алёна Амбарцумян, с безупречным досье и блестящими рекомендациями, села в машину что понесла ее по московским улицам.
Чёрный Mercedes S-класса с тонированными стёклами бесшумно подкатил к стеклянному фасаду современного бизнес-центра в «Москва-Сити». Улица гудела, но эта машина, эта остановка — всё казалось постановкой из дорогого кино.
Задняя дверь открылась. На асфальт, на красную дорожку из света и городского шума, ступила сначала изящная ножка в лодочке на тонком, но устойчивом каблуке — не кричаще высоком, но безупречно дорогом. Затем появилась она вся.
Алёна Амбарцумян выпрямилась, поправила прядь золотистых волос, убранных в строгий, но поразительно элегантный низкий пучок. На её лице — крупные очки Chanel с затемнёнными линзами, скрывающие взгляд, но придающие лицу загадочный и непререкаемый шик. В руке — компактный клатч Gucci из чёрной кожи, скорее символ статуса, чем сумка. На ней — не кричащий, а безукоризненный костюм-двойка нейтрального оттенка, идеально сидящий по фигуре. Ничего лишнего. Только аура безупречного вкуса, денег и той неуловимой «звёздности», которая заставляет оборачиваться.