Однако наиболее важными были перевозки аравийских товаров, доставлявшихся в Заиорданье и Палестину набатейскими караванами: ладан и мирра были основными товарами. Похоже, что меры, предпринятые Птолемеями с целью установления контроля над набатеями, были в основном успешными и привели к entente cordiale, результатами которой стали оживленная караванная торговля как между Петрой и Александрией, так и между Петрой и азиатскими подданными Египта. Поэтому не удивительно, что современник Зенона рассказывает нам о том, что именно торговля с набатеями сделала Птолемеевскую Сирию и Палестину «богатыми золотом».
Имея в виду все эти факты, вполне можно предположить, что история македонских крепостей Заиорданья как караванных городов восходит к птолемеевским временам. Тем не менее Гераса не входила в их число. Тогда это была, вероятно, по-прежнему небольшая деревня арабов, которые пасли свои стада и иногда пахали землю.
К концу III в. положение дел в Заиорданье изменилось. Палестина и Финикия были утрачены Птолемеями и перешли к Селевкидам, которые все еще были властителями Месопотамии и части иранских земель. Владея Палестиной и Заиорданьем, Селевкиды, естественно, переняли подход Птолемеев к караванной торговле. Владея Палестиной, Заиорданьем и Финикией, они пытались отвлечь караваны Аравии, шедшие через Петру в Александрию, к приморским городам Палестины, Финикии и Сирии. Мы не знаем, насколько Селевкидам II в. до н. э. удалось достичь этой цели, однако кое-какие сведения о том, что Петра в это время была теснее связана с Селевкидами, чем с Птолемеями, нам известны; мы знаем, например, о появлении набатейских (т. е. петрейских) купцов в городах Финикии и на Делосе — главной гавани Селевкидов в Европе.
Конечно, по всему видно, что Антиох III и его преемники, особенно знаменитый Антиох IV Эпифан, возобновили попытки систематической эллинизации Заиорданья, которая была начата там их предшественниками. Некоторые из городов следует считать основанными ими самими, так как прежде на их месте городских центров не существовало. Достаточно одного взгляда на карту Передней Азии, чтобы объяснить цель этого градостроительства и градостроительной политики Селевкидов.
Само Заиорданье — страна, не пригодная ни для земледелия, ни для коневодства или скотоводства. На процветание там могли надеяться только небольшие земледельческие и скотоводческие центры. В окрестностях Джераша были обнаружены небольшие запасы железа.
Однако не желание разрабатывать малозначительное железо, не соображения земледелия заставили Селевкидов и их предшественников эллинизировать и колонизировать Заиорданье, основывая колонии, цепью вытянув их от одной плодородной равнины к другой вдоль большой караванной дороги, соединяющей Петру с Дамаском, Финикией и Сирией, с одной стороны, и с Иерусалимом и портами Палестины — с другой. Эти заиорданские города, которые в течение II в. до н. э. планомерно эллинизировались Селевкидами, были на самом деле укрепленными караванными городами и, возможно, что только при Селев-кидах Амман или, иначе, Филадельфия впервые сделался настоящим греческим городом. Мы можем быть практически уверенными, что Антиох III или Антиох IV был первым, кто около современного Джераша основал греческую колонию на месте небольшой местной деревни. Эта деревня была центром полукочевого племени герасенов, поэтому теперь она стала называться Антиохия Герасенов, или Антиохия на Хрисорое (название ручья, протекающего через поселение). Руины этой Антиохии стоят и сейчас.
Приведенные выше соображения о ранней истории Заиорданья имеют гипотетический характер. Страна, за исключением некоторых дорог римского времени, очень мало исследована с научной точки зрения. Направление движения караванов этого времени вполне очевидно, однако мы опускаемся до уровня предположений о том, что касается сети караванных дорог эллинистической эпохи, и мы не можем сделать большего до тех пор, пока не будут проведены тщательные археологические раскопки, основанные на точных картах, составленных специалистами при помощи аэросъемки. Я придерживаюсь мнения, что причиной роста городов Заиорданья являлась только торговля. О позднем времени следует отметить, что Джераш был связан прекрасными дорогами как с Амманом, так и Босрой. Ничто не подтверждает существование таких дорог между Джерашем и Дамаском и Джерасом и Палестиной даже в римское время (см. карту 3).
Нам известно, как недолговечна была последняя попытка македонских царей Передней Азии совладать с волной национальной реакции против чуждого греческого элемента. Одним из центров этой реакции стала Палестина при Маккавеях. Мы знаем, как при содействии римлян, для которых даже после их победы над Антиохом III Селевкиды оставались серьезными врагами, евреям удалось освободиться от эллини-заторов Селевкидов, и как Рим позволил этим варварам упорно и жестоко уничтожить все и вся эллинистическое. Жертвами этой реакции сделались также города Заиорданья, а среди них и только что основанная Антиохия Герасенов, которая, став жертвой реакции, была захвачена и разрушена при Александре Яннае (102–76 гг. до н. э.). Казалось, настал конец этому несчастливому городу, этому новому центру эллинизма на Хрисорое, где селевкидская культура еще не успела пустить корни. Судьба решила иначе.