— Где мы приземлимся? — спросила Розмари.
— Как насчет вон той трубы? — предложил Джон.
Луна снова спряталась за тучи, и в неверном свете они не могли понять, то ли это труба с полудюжиной зонтиков и цилиндров, то ли пень с шишковатыми и кривыми сучками. Но не важно, пенек это был или труба, главное, спрятавшись за ним, они могли наблюдать за происходящим, оставаясь незамеченными. Метла мягко приземлилась, и их голые ноги встали не на холодные свинцовые листы, а на мягкую травку. Розмари потеряла тапочки во время полета. Впереди травяной склон полого спускался в небольшую долину, и долина и склон были усеяны котами.
— Посмотри, как они уставились на часы!
В центре на крыше Ратуши были квадратные часы. По углам часов стояли столбы, поддерживавшие небольшой золотой свод, под которым когда-то висел колокол, оповещавший город о пожарах, стихийных бедствиях, великих событиях. Этот звон приносил и радость и горе. Сейчас колокол находился в Фэрфакском музее.
— Я думала, это часы, — произнесла Розмари удивленно, — но непохоже. Скорее это напоминает небольшой храм.
— Это трон моего отца! — восторженно сказал Карбонель.
— Значит, ты должен на нем сидеть, — сказал Джон, — а не тот огромный кот, который туда забрался!
— Он узурпатор! — воскликнул Карбонель. — Но ждать осталось недолго!
Под золотым куполом важно восседал огромный рыжий кот, а за его спиной толпились коты, пользующиеся самой плохой репутацией.
— Вот что! — взволнованно сказал Джон. — Я верю, что…
— Тише, он говорит! — прошептала Розмари.
— Слушайте! — сказал рыжий кот.
Животные, собравшиеся на крыше заурчали, а коты за спиной Рыжего начали толкаться.
— Принесли ли вы подати, каждый кот и котенок?
Опять послышалось урчание.
— Но, сэр, — сказал голос из передних рядов, — невозможно, чтобы каждый кот принес подать. Среди нас много старых и бедных…
— Молчать! — рявкнул Рыжий, звук его голоса заставил многих котов отступить. — Раз есть бедные, то есть и богатые. В городе полно мясных лавок и других магазинов, не так ли? Надеюсь, вы не настолько глупы, чтобы говорить, что у вас в отличие от людей нет денег. Один мгновенный прыжок, когда хозяин отвернется, и у вас — цыпленок, селедка, все, что вы захотите.
— Ни моим придворным, — он повернулся к ухмылявшимся позади него котам, ни мне нет никакого дела, где вы взяли то, что принесли. Но принести подати вы обязаны!
— Да, звучит устрашающе! — пробормотал Карбонель. — Гораздо хуже, чем я предполагал. Здесь, на Законодательном Совещании, призывать честных животных к грабежу и разбою!
— Смотри! — снова заговорил Джон. — Я уверен, что это…
Но Рыжий продолжал свою речь, и Карбонель шикнул на Джона.
— Выходите вперед те, кто настолько глуп, что не принес податей! — продолжал Рыжий. В его голосе звучала такая злоба, что мурашки побежали по коже.
Несколько дюжин котов выступили вперед. В основном это были либо слишком старые, либо совсем котята.
— Так много? — продолжал их мучитель с притворным сочувствием. — Как жаль. Ну, и чего вы ждете? Или, может быть, это демонстрация? Может, здесь есть такой глупец, который хочет оспорить мои права на власть? — он встал и посмотрел на них сверху вниз, величественный и гордый.
Со стороны собравшихся послышались какие-то звуки, полуурчание, полувздох, но никто не сказал ни слова. Карбонель подождал секунду. Затем вспрыгнул на один из шишковатых сучков пня… или это был зонтик от трубы? — и его голос прогремел над крышами:
— Я оспариваю!
Наступила тишина. Потом толпа зашевелилась и повернулась на голос, бросавший вызов. Сотни пар желтых глаз уставились на Карбоне ля.
— Кто ты такой? — презрительно усмехнулся рыжий, оправившись от первого изумления.
— Я Карбонель Десятый, ваш король по праву рождения.
Собрание котов взволнованно замяукало.
— Тихо, сброд! — зашипел Рыжий, и мяуканье затихло.
— Ты утверждаешь, что ты Карбонель Десятый. Ты лжешь! Семь лет назад он исчез, растворился в воздухе, и больше о нем никто ничего не слышал.
— Мой повелитель! — раздался голос старика, который уже говорил сегодня; защиту котов. — Мой повелитель, наш народ до сих пор повторяет слова пророчества:
Средь ярких звезд блуждает кот, Оставив трон и свой народ, Он обречен на рабский труд, Но Три Королевы принца спасут.Теперь Джон и Розмари разглядели говорящего, старого полосатого изможденного кота.