Было необычно видеть комнату такой пустой. Раньше это было единственным ярким местом в доме. Вся стена, напротив большого окна от пола до потолка, была разрисована цветами и птицами. Кровать всегда заправлена самыми яркими покрывалами, а изголовье усеяно многочисленными стикерами с напоминалками.
Сейчас же, в этом месте не осталось и следа от прежней жизни. Стена закрашена мрачной серой краской. Так же, как и кровать заправлена атласным бельем.
Фу.
Терпеть его не могу.
Каждый раз ложась на него, хочется укрыться множеством пушистых одеял. Это белье настолько скользкое и холодное, что заставляет всю ночь ворочаться в постели, в поисках теплого уголка.
-Люси? – мой голос отражался эхом от пустых стен, когда я вышла в холл.
Кроссовки скрипели о мраморный пол, надраенный до блеска. Фотографии родителей на светских вечерах и различных вручениях, обрамленные в черные рамки, глядели с серых стен. На каждой из них у мамы присутствовала дежурная улыбка, а у отца серьезный взгляд, изучающий обстановку вокруг.
Стук каблуков, заставил меня обернуться на приближающуюся работницу.
Темный фартук и выбившиеся пряди из идеально зализанной прически говорили о том, что она занималась уборкой.
-Да, мисс?
Я огляделась вокруг и подошла ближе.
-Люси, не могла бы ты принести пару одеял в мою комнату, когда освободишься?
-Одеял?
-Да, и желательно пушистых.
-Пушистых?
Она окинула меня странным взглядом и неуверенно кивнув, скрылась где-то в доме.
Ну что ж… Наверно, это лучшее, на что я могла рассчитывать.
***
«-Нет! Пожа…»
Я резко распахнула глаза и плотнее укуталась в плед. Дождь барабанил по окнам, а в комнате было так темно, что можно было подумать, что сейчас поздний вечер. Но часы, стоящие на комоде слева от кровати, показывали 9:47 утра.
Откуда-то снизу доносился запах свежей выпечки. Скорее всего приехали родители, пока я дремала.
Одеяло, принесённое Люси, было настолько мягкое, что сон мгновенно одолел, стоило только прилечь.
Горячие струи стекали по телу, когда я находилась в глубокой прострации. Странные мысли кружили в голове в самый неподходящий момент. Спустя несколько минут, я должна буду спуститься вниз и встретиться с родителями и стоило сосредоточиться на помывке волос, но мой мозг жил отдельно от разума. Да, в мое случае – это совершенно разные вещи. Когда я принялась намыливать руки, мои мысли переключились с трупа девушки на черноволосого парня.
Его изумрудные глаза в тот момент, когда он смотрел на меня, заставили остановиться весь мир. В них просто можно утонуть. А его прикосновение словно твое сердце окунули в тягучую карамель.
Как известно, карамель имеет свойство – застывать. Так и мой разум в тот момент застыл от этого контакта.
Только хрупкий момент разбился, стоило мне отдернуть руку, которую резко пронзила боль. Не понятно, с чем это связанно. Наверно, нервы совсем не к черту, и мозг предпринимает любые попытки отгородить меня от малейшей опасности.
Закрутив кран и укутавшись в полотенце, я принялась приводить себя в порядок.
С собой у меня были только запасные голубые джинсы и черная водолазка. Я даже не подумала взять косметичку, потому что из-за темных бровей и густых ресниц, макияж мне был не нужен. Просто для семьи нужно выглядеть максимально ухоженной. Так было всегда.
Волосы еще не высохли до конца, когда дверь в спальню распахнулась и на пороге появилась мама.
Её черные волосы собраны в идеальный конский хвост, а лицо подкорректировано консилером везде, где нужно.
Строгое черное платье доходило до колен и подчеркивалось тонким поясом на талии.
-Бритни, ты готова? – это было больше утверждение, чем вопрос.
Я перестала расчёсывать волосы и встала с пуфика у туалетного столика.
-Готова, Эмили Морган Гарсиа. – я склонилась в книксене и одарила маму притворной улыбкой.