— Ну, при желании тут можно не один день говорить, вы уж конкретизируйте, если можно…
— Надеюсь, что, говоря про не один день, ты не имела в виду просто историю и разнообразие государственных наград всего мира?
— Нет, конечно, я имела в виду только сам факт и процедуру награждения…
— И что тогда здесь конкретизировать и рассусоливать?
— Вот ваше управление называется "политическое" а по мне это глубоко неверное название…
— И чем же тебе название не угодило? И почему ты от темы свернула?
— А я не свернула! А название… Какой-то давний английский политик сказал, что его работа, то есть политика, это то, как даже без войны выкрутить руки соседям так, чтобы это стало выгодно его стране! Другими словами, заработать на том, чтобы словами и интригами кого-то поссорить, кого-то запугать и так далее. Вот это и есть на самом деле политика, это если честно и без красивых слов из энциклопедии. И как вам в такой коммерческой организации нравится работать?
— Ну мы ведь другой смысл вкладываем в это слово.
— Смысл у слова есть сам по себе, по крайней мере, в русском языке, как бы ни пытались этот смысл извратить и поменять. Вот, к примеру, слово "больница", все знают, что это и говорят, что там лечат! А это неправда. Это неудачный перевод немецкого "Кранкенхаус", то есть дом больных или болезни. Немцы они прямолинейные и простые, для них это именно так. А вот нам нельзя в больницах лечиться! Лечат в ЛЕЧЕБНИЦЕ! А в больнице БОЛЕЮТ! Улавливаете разницу?
— Вот уж никогда под таким углом не смотрел на это. Дома Соню озадачу.
— А на это не нужно смотреть. Это нужно чувствовать. И мы все это чувствуем, даже не отдавая себе в этом отчёта. Особенно хорошо это чувствуют дети, у них ещё нет взрослых приличий и условностей. Так вот, про название вашего управления, оно должно быть не политическим, если это касается армии, а воспитательным, или идеологическим, а лучше идейно-воспитательным. Ведь комиссар отвечает не за тактику и стратегию, за это отвечает командир, комиссар отвечает за мораль, за психологический климат, за настроение, за мотивы, которые бойцами и командирами движут и ещё куча разных неизмеримых вещей. А вот повлиять на это можно только в ходе долгой и кропотливой работы, которую одним словом можно назвать воспитанием личного состава, а если быстро и строем, то идеологической накачкой! Вот только ваши сослуживцы не захотят название менять, уж слишком высокими для большинства окажутся требования и оценки качества их работы, здесь уже одними формальными политинформациями в виде громкой читки газет не отвертишься, вкалывать придётся, как рабам на галерах. Или я не права?
— И откуда такие мысли в такой юной головке?
— Неправильное направление вопроса. От сути обсуждения съезжаете уже вы, а не я.
— Хорошо! Давай вернёмся к наградам.
— А я от них ни на шаг не отошла. Вот моему папе за хорошую работу дали премию, и он купил нам всем мороженое, а маму сводил в кино. И это тоже награда, ведь за работу он получает зарплату. В чём смысл давать человеку лишние деньги? Подтолкнуть, чтобы и в следующий раз работал хорошо и рассчитывал на новую премию. Согласны?
— Согласен, но мы ведь о наградах, а не поощрениях вообще…
— А это просто очень показательный пример стимулирующей функции награды, любой награды! Но на орден, хоть он из серебра и золота сделан, хлеба не купишь, значит, стимулирующая функция ордена в другом… Но она должна быть обязательно! Только если мы во главу возведём одну стимулирующую функцию награды, то сами себя загоним в тупик, что и получается порой. Потому, что денежную премию можно давать каждый месяц и её эффективность не много потеряет, ведь премии можно в любой момент лишить и даже наоборот, выписать штраф. А вот с орденом такие номера не проходят. Нет, лишить можно, а вот награждать по нарастающей каждый раз — это тупик. Тем более, что и человек, награждённый именно в таком ключе, за повтор ждёт и повтора награды, а если его не будет, обидится, это как ни за что лишить премии. Значит, стимулирующую функцию наград нужно как можно сильнее приглушать! Но тогда какая же это награда? Хотите в таком ключе поговорить? — я улыбнулась и посмотрела на озадаченное лицо комиссара.
— Вот уж не ожидал такого поворота… Я как-то думал о том, что мы коснёмся наград для женщин…
— Я не против, тем более, что всё равно придётся касаться и других аспектов… Мы в прошлый раз закончили на том, что мне, как женщине обычные награды не нужны. Вернее будет не так, нужны, но они для меня совсем не то, что для всех остальных военных, для которых это материальная оценка их хорошей ратной работы, а потому, чем больше, тем лучше. Фактически это и есть тупик, то есть для военных выпячена стимулирующая функция – почти как невещественный эквивалент денег. Правда есть попытки сделать награды разнообразными и с разным значением и весом, в принципе пока это ещё работает. И, слава Богу!