– Мне кажется, что то, как быстро финны подпишут мирный договор с русскими, серьезного значения не имеет. Если им так хочется – пусть подписывают. Сегодня подписали, а завтра расторгли… – предложил начальник имперского штаба, и премьер моментально уловил ход его мыслей.
– То есть вы хотите сказать, что независимо от того, подпишут финны договор или не подпишут, операция «Благовещение» начнется в установленные нами сроки?
– Совершенно верно, господин премьер-министр. К 21 марта наш экспедиционный корпус будет находиться на советско-финской границе и сможет начать наступление на Мурманск.
– Однако хватит ли сил для подобных действий? Несмотря на малочисленность советских войск на этом участке фронта, финны не очень преуспели в борьбе с большевиками, – выразил здравое опасение премьер, но Айронсайд тотчас отмел его.
– Хватит, господин премьер-министр. Мы уже создали материально-техническую базу для нашего северного фронта, и нам остается только запустить эту машину, и разумно использовать ее вместе с людскими резервами.
– Рад это слышать, но вдруг русские попытаются сорвать наши перевозки через Нарвик и пошлют свои подводные лодки? Первый лорд Адмиралтейства докладывал, что на Северном флоте у русских есть бригада подводных лодок.
– Защита наших морских путей – прямая забота Адмиралтейства, господин премьер-министр. Если их пугают десять русских подлодок, пусть отправят больше кораблей для защиты транспортов, – не упустил возможность больно уколоть «мореманов» Айронсайд. Спор между армией и флотом имел место в королевских вооруженных силах, как, впрочем, и во всех других странах мира.
– Давайте оставим решать проблемы защиты морских коммуникаций морякам, это их компетенция. Когда вы намерены начать переброску войск под Мурманск?
– Как только получу на это ваш приказ, господин премьер-министр.
– Тогда считайте, что он у вас уже есть, – сварливо произнес Чемберлен и тут же получил язвительный ответ:
– Тогда можно считать, что мы уже начали. Мне отдать приказ по телефону в вашем присутствии или стоит пройти в свой кабинет?
Генерал решительно встал со стула и, не услышав ни звука из уст премьера, пошел творить историю.
Не прошло и получаса, как телефонный звонок и короткая фраза «Пламя» дали начало реализации «северного варианта», так долго подготавливаемого англичанами.
Уже к вечеру этого дня в британском Портсмуте и Саутгемптоне началась погрузка польских и британских солдат на корабли, идущие в Нарвик. Переброска проводилась под мощным прикрытием эсминцев и крейсеров, имевших строжайший приказ адмиралтейства не потерять ни один транспорт. Сотни глаз смотрели за поверхностью морских волн в поисках перископов русских подлодок, а десятки ушей пытались услышать шум их винтов. При столь огромных силах ни одна лодка большевиков просто не рискнула бы напасть на британские конвои в Северном море, но не из-за страха быть потопленной, просто их там не было.
Ничто не помешало англичанам перебросить по морю части своего будущего экспедиционного корпуса против России, но эти действия обернулись для островитян серьезными последствиями.
Берлин давно следил за действиями англичан в Финляндии и Скандинавии, находя в них большую угрозу для своих имперских интересов, особенно в районе Нарвика. Учитывая тот факт, что львиную долю железной руды немецкая промышленность получала из Швеции, появление британских солдат в Скандинавии создавало угрозу перекрытия этого важного канала сырьевого снабжения.
– Не сделав ни единого выстрела на французской границе, англичане хотят приставить нож к нашему горлу, под благовидным предлогом оккупировав Нарвик. Мы не можем закрывать на это глаза и делать вид, что все идет хорошо. Нам необходимо как можно скорее начать операцию «Везерюбунг», благо для этого у нас все готово… – кипел праведным гневом фюрер во время доклада фельдмаршала Кейтеля о положении дел на фронтах рейха.
– Но очень может быть, мой фюрер, что действия англичан в районе Нарвика носят временный характер. Вполне возможно, что они вынужденно заняли это норвежский порт для начала боевых действий против русских, – высказал предположение начальник штаба ОКВ генерал Гальдер.
– Я не верю в это, Гальдер. Война против русских удобный предлог, чтобы иметь возможность держать войска в Норвегии столько, сколько им будет нужно. И все это время поставки нам шведской железной руды будут под угрозой. Нет, я не могу допустить подобного положения дел, когда работа нашей военной промышленности будет зависеть от доброй воли англичан. Нет, нет и еще раз нет! – Гитлер решительно хлопнул ладонью по столу с картами, и оба военных вздрогнули от испуга.