Делалось это в отличие от южного участка границы, где все военные приготовления были откровенно демонстративными, здесь финны сосредотачивали свои войска скрытно, перебрасывая их малыми силами, с целью скрыть их место сосредоточения. Все это было обусловлено тем, что на секретном совещании от 16 октября при участии военных представителей Англии и Франции был принят окончательный план боевых действий. Из-за того, что британцы не успевали передать финской армии снятые с линкоров орудия, было решено отказаться от активных действий против Ленинграда.
– Пусть русский медведь сломает свои клыки и когти о крепость наших укреплений, – сказал военный министр Ниукканен, – а мы нанесем свой главный удар там, где нас не ждут – в Карелии! Здесь будут сосредоточены наши лучшие силы, которые разнесут в щепки русских.
– Очень верное решение, – поддерживали его решение англичане и французы. – Пока Сталин занят обустройством своей новой границы на западе, у него нет больших сил для защиты своего севера. И те предложения, что он делает на переговорах в Москве, наглядное тому подтверждение. Красная армия слаба, она только и может, что занимать беззащитные земли и при помощи немцев принуждать поляков к капитуляции, как это было в Бресте и Львове!
Все эти слова ложились целебным бальзамом на души финнов, и они, подобно крысам, шли за дудочкой легендарного крысолова к своему светлому будущему.
Когда финская делегация вернулась в Москву, общая численность финской армии с 37 тысяч человек мирного времени увеличилась до полумиллиона человек. Это, с одной стороны, радовало глаз, с другой – доставляло серьезные проблемы. Всех призывников следовало не только одеть, обуть и накормить, но ещё и вооружить.
Запасов оружия на складах, накопленного за годы независимости страны озер, хватало, но в основном это было устаревшее вооружение. Для защиты столицы Финляндии от ударов с воздуха требовались современные зенитные орудия вместо устаревших пулеметов «максим», поставленных по четыре ствола на подвижные рамы. Также финской армии не хватало противотанковых пушек, и англичане стали усиленно помогать в ликвидации этих проблем. Некоторые партии нового вооружения были получены из Англии, но главная часть артиллерийского парка поступала из соседней Швеции в виде 37-миллиметровых полуавтоматических противотанковых пушек «Бофорс» и 40-миллиметровых автоматических зениток той же фирмы.
Вместе с ними прибыли и шведские офицеры-инструкторы, принявшиеся интенсивно обучать финские расчеты. Для подготовки столь огромной массы, одетой в военную форму, к наступлению требовалось время, и финский президент посчитал разумным продолжить переговоры с Москвой.
– Сталин желает поговорить? Мы любезно предоставим ему такую возможность, – говорил Каллио государственному советнику Хаккарайнену. – Говорите, но помните, что наша страна родилась в войне и только война позволит нашей нации стать великой. У польского маршала Пилсудского была мечта раздвинуть границы Польши от моря до моря. У нас тоже есть подобная мечта. Все мы хотим, чтобы восточная граница великой Финляндии проходила по берегам Белого моря. Бейтесь за эту мечту, сражайтесь за нее, и от того, как вы будете это делать, будут зависеть сроки ее исполнения.
Напутственная подобными словами, финская делегация отправилась в Москву с твердым намерением решать все вопросы с русскими исключительно с позиции силы. На эту решимость не смог повлиять и тот факт, что второй человек в Германии Герман Геринг на встрече с министром иностранных дел Финляндии посоветовал финнам согласиться на условия Сталина. Он также сказал, что в случае военного конфликта, несмотря на многочисленные дружественные связи, что связывали рейх и Финляндию, Германия не сможет оказать ей помощь.
Геринг не стал пояснять Эркко причины, которые крылись в подготовке реализации плана «Гельб» – нападения вермахта на Францию, но сказано все было прямо и открыто.
Так же честно и откровенно обозначила свою позицию Швеция, известившая соседа о своем нейтралитете в возможном военном столкновении со Сталиным. Шведы сказали, что не станут препятствовать проходу через свою территорию иностранных добровольцев, равно как и не запретят действия самих жителей королевства, пожелавших воевать на стороне финнов, но на открытую вооруженную поддержку шведской армии рассчитывать не придется.