Эти крики были своеобразным оберегом для гордых детей красавицы Суоми от коварных происков сталинского наркома. Никто из них в глаза не видел Вячеслава Михайловича, но благодаря пропаганде считали его главным злом для своей страны.
Утро одиннадцатого дня многие защитники линии Маннергейма встретили с облегчением. И пусть в этот день началось наступление врага, лучше встретиться с ним лицом к лицу и погибнуть, чем сойти с ума, сидя в бетонной коробке.
Главным направлением наступления 7-й армии командарм Мерецков избрал направление деревни Сумма. Именно там, по мнению Кирилла Афанасьевича, было легче прорвать оборону врага, но в очередной раз его надежды не оправдались.
Несмотря на огонь 203-миллиметровых гаубиц, советским артиллеристам удалось лишь серьезно повредить только один бетонный полукапонир противника. От прямого попадания снаряда частично обвалился бетонный потолок дота № 2, придавив часть находившихся в нем солдат. Все остальные доты худо-бедно выдержали испытание «русских колотушек» и встретили атакующие порядки красноармейцев пулеметно-пушечным огнем.
Понеся изрядные потери от огня советских артиллеристов, финская пехота прикрытия не смогла удержать свои окопы с траншеями и была вынуждена отступить, но сами доты продолжали упорно держаться.
Не смогли переломить ход сражения и брошенные на прорыв обороны противника новейшие танки Т-34 и КВ-1. Благодаря им удалось привести к молчанию дот № 2, считавшийся ключевым узлом финской обороны. Неуязвимые для противотанковых пушек противника, огнем своих мощных орудий бившие прямой наводкой по амбразурам дота, они смогли полностью уничтожить его защитников.
Следовавшие за ними пехотинцы не встретили ни малейшего сопротивления, когда окружив руины дота, установили на нем красное знамя. Оно было хорошо видно в бинокли и стереотрубы на наблюдательных пунктах и дало повод сообщить «наверх» о долгожданном прорыве обороны противника.
Двигаясь по цепочке от батальона в полк, а затем в дивизию и корпус, это известие рождало необоснованную надежду на успех, который в этот день так и не состоялся.
Могучая танковая поддержка, так удачно дебютировавшая, к огромному разочарованию пехотинцев очень быстро сошла на нет. У одного из двух танков Т-34 неожиданно возникли проблемы с коробкой передач, и он был вынужден покинуть поле боя. Через несколько минут грозный КВ, подъехавший к доту для обстрела его амбразур прямой наводкой, наскочил на мину и, лишившись гусеницы, встал неподвижной громадой.
Оставшаяся в гордом одиночестве вторая «тридцатьчетверка» попыталась продолжить бой, но высокое начальство, напуганное таким развитием событий, отдало приказ машине немедленно возвращаться. За каждый танк оно персонально отвечало перед Москвой и потому не захотело рисковать.
Атака же танками прорыва не принесла ожидаемого успеха. Засевшие в дотах финны огнем своих орудий смогли уничтожить семь Т-28, и продвижение пехоты в глубину вражеской обороны благополучно захлебнулось.
Единственным успехом этого дня стало отражение контратак противника, пытавшегося вернуть себе утраченные траншеи. Огнем танков и минометных батарей советские пехотинцы отразили две атаки финнов, нанеся им серьезные потери.
Раздраженный Мерецков приказал артиллеристам сровнять с землей укрепления противника, отправив им в помощь еще одну гаубичную батарею. Благодаря этому к концу следующего дня советским артиллеристам удалось разгромить все доты передовой линии врага. Казалось, что дорога к долгожданной победе открыта, однако находившийся на задней линии обороны дот-«миллионник» оказался камнем преткновения на пути советской пехоты. Его пулеметы работали исправно, а рельеф местности не позволял красноармейцам обойти злополучный дот.
Видя бедственное положение пехотинцев, командир гаубичного дивизиона предложил пойти на риск и для уничтожения дота выставить орудия на прямую наводку, но командарм не поддержал это предложение. Вместо него он ввел в дело свой главный артиллерийский резерв в виде батареи 280-миллиметровых мортир.
Спешно доставленные на передовую, они весь день утюжили «миллионник» и его окрестности своими мощными снарядами, но все, чего смогли добиться – это уничтожить западный капонир дота.
Неизвестно сколько времени пришлось бы потратить на окончательный прорыв финской обороны, но к началу четвертого дня финны оставили свои позиции в связи с прорывом советских войск в районе Лядхе.
Определенное как место вспомогательного удара, это направление по замыслу командарма Мерецкова должно было приковать к себе внимание финнов и тем самым помочь войскам, наступающим на Суммы.