На сей раз Мильмильзаде принимал седьмого начальника. Начальнику было лет сорок пять. Он был худощав, высок и на вид хмурый. Когда Мильмильзаде поздоровался с новым начальником, вернее, когда он его почтительно поздравил с назначением, то понял, что в эту душу проникновение будет, не столь легким. Предположение управляющего оправдалось.
Мильмильзаде пригласил Гулу Гылыглы на празднование дня рождения своего сына. Начальник ответил:
— Благодарю вас, товарищ Мильмильзаде. Но, к сожалению, не смогу посетить ваш дом. Как назло, завтра и у моего сына день рождения.
Настороженный, словно римский гусь, Мильмильзаде тут же понял, что новый начальник не клюет. Он не только не пойдет на «день рождения» сына его в этом году, но и в будущем не придет. И в последующие годы, если останется здесь начальником, не переступит порога дома управделами. Но Мильмильзаде не растерялся и с деланной радостью ответил:
— Почему «назло»? Скажите — «на радость»! Ведь такое счастливое совпадение, товарищ Гылыглы! Раз наши дети родились в один и тот же день, значит, они братья. Завтра вечером первую рюмку я подниму за них обоих!
Таким образом, первая попытка хитрого Мильмильзаде не увенчалась успехом. Как говорится, камень наткнулся на скалу. И тогда Мильмильзаде стал искать другие пути. Он, не откладывая, разузнал все о родственниках, близких знакомых нового начальника. Через них можно установить добрые отношения с начальником. И эта затея тоже провалилась. Выяснилось, что начальник родился в далеком районе и родственников у него в данном городе нет.
Так что процесс обработки нового начальника несколько затянулся. Несмотря на это, Мильмильзаде не падал духом. Сотрудники учреждения изучили нрав, характер и способности управделами и с интересом следили, чем окончатся его старания. Однажды управделами пришел с бумагами к начальнику на доклад. Начальник вернул ему какую-то справку, не подписав ее:
— Будьте внимательнее, товарищ Мильмильзаде. Если бы я подписал эту справку, вы бы подвели меня.
Арбузообразный Мильмильзаде тут же стал похож на огурец.
— Что вы говорите, товарищ Гылыглы? Ведь мы с вами…
Управделами осекся. Он хотел произнести свои излюбленные слова, которые он говорил каждому начальнику. Но сейчас он не смог договорить их. За него докончил сам начальник, причем иными словами, не теми, которые были нужны управляющему делами:
— Да, мы с вами… официальные лица.
Прошло несколько дней. Гылыглы распорядился к концу дня созвать совещание. Мильмильзаде зашел в приемную и тихо спросил у секретарши:
— Почему товарищ Гылыглы сегодня не пошел обедать?
Секретарша ответила:
— У него важные дела. Готовится к докладу.
— А что он будет кушать? Ты что-нибудь купила ему?
— Нет.
— Может быть, он принес что-нибудь из дому?
— Нет, он ничего не принес.
Мильмильзаде стрелой полетел в ресторан. Знакомый повар охотно наполнил судок, нарезал хлеб, положил зелень, и через десять минут Мильмильзаде все это принес в кабинет к начальнику.
— Ох как много работы, я даже не могу воспользоваться перерывом, — начал Мильмильзаде. — Жена посылает мне обед на работу. Она умеет замечательно готовить мой любимый мясной суп — пити. Я слышал, и вы сегодня не пошли обедать. Закусим вместе. Видимо, собрание протянется долго. — Он накрыл стол, приставленный к письменному столу. — Пожалуйста, товарищ начальник.
— В кабинете обедать? — Гылыглы краем глаз покосился на тарелки и четко сказал: — Благодарю вас. Я очень сожалею, что не могу воспользоваться вашим пити, поскольку у меня расстройство желудка.
— Если съедите пару кусочков, ничего с вами не случится, товарищ Гылыглы.
— И полкуска не смогу съесть, товарищ Мильмильзаде. Будьте здоровы!
Мильмильзаде, сопя носом, собрал посуду и судки с пити.
«Пропади ты пропадом, — ругался он. — Думает, что я поверил, будто у него желудок расстроился. Если у тебя расстройство, ты бы с утра уже не раз бегал… А то пригвоздился к столу и сидишь. Ну ладно. Я припомню тебе такое оскорбление. В долгу не останусь».