Поэтому Поль вначале закашлялся, а потом прохрипел:
– Ещё бы решить насчёт прихватить питания с собой. Если меня там начнут кормить человечиной или китовым мясом, меня сразу стошнит. Поэтому надо нечто малое, но крайне калорийное. Ну и пора мне опять переместиться в подводную часть Лабораторий, скоро встреча с китом.
Вернувшийся в действительность, дэм куда-то крикнул в пространство, кого-то позвал, отдал распоряжение, и вскоре под одеждой матроса-жабокряка имелись пояса с капсулами питания, предназначенного для космонавтов. По заверениям, взрослому человеку хватает такого питания на две недели. Только и надо что воду добывать, да запивать обильно разбухающие порошки. А у чужаков с питьевой водой проблем не существовало, их острова ещё и опреснителями работали, перерабатывая морскую воду и выделяя из неё соль. Точнее, кристаллизуя её в воде каким-то особенным способом, про который Бенджамин сказал:
– Это нечто уникальное, раньше мне такое не встречалось.
«Так и мой способ почти такой же, – задумался тогда Труммер, вспоминая, как утолял жажду в первую свою ночь на материковой плоскости. – И когда знаешь, как и что делаешь, то всё кажется просто».
Ну и понятное дело, что этот момент он тоже упустил из своего рассказа событий. Иначе пришлось бы раскрывать всю длинную цепочку своих новых умений. Конечно, имелась даже уверенность, что так долго хранить в секрете уникальные возможности поощера не удастся. И так чудом дэм не торопится копаться в деталях и ловить на некоторых противоречиях и несуразицах. Явно ведь что-то понимает. Но пока конкретными вопросами к стенке не припёр, можно отмалчиваться. В случае чего всегда следует настаивать на том, что мечтал усовершенствоваться до максимума, а уже потом хвастаться властелину.
Да и проскакивало такое пару раз в их беседах у костра, когда дэм неоднократно поучал и настаивал. Мол, не ленись, червяк, совершенствуйся денно и нощно, и будет тебе счастье. Но при этом не суйся к великим и знающим со своими мелочными проблемами, больше получишь уважения и почёта.
Вот на это можно всегда и сослаться: дескать, не лез, но и не ленился, а потому и надеется получить больше.
Когда закончили экипироваться, последовало объяснение, как именно и куда будет забрасываться лазутчик. По последним данным, которые постоянно поставляют висящие высоко в небе самолёты-разведчики, континент из островов в центре Пранного океана вырос вдвое. То есть чужаки всё прибывали и прибывали из своего мира. Причём на некоторых участках образовавшегося материка появились некие подобия двух– и трёхэтажных ангаров. По предположениям, там располагались либо технические производства жабокряков, либо их стратегические склады. Но именно в них и собирался сбросить дэм своего лазутчика и потенциального дипломата. Делалось это настолько моментально, что Прогрессора во время заброса никто не сможет даже приборами зафиксировать.
Как раз и время подошло, когда Тилиус вышел на ментальную связь. С ним договорились, что он будет ждать своего двуногого товарища строго под самым центром большого скопления плотов.
Что ещё считалось тревожным в последних данных, так это резко увеличивающиеся скопища островов, смещённых ближе к первому и к сорок второму сектору. Они тоже достигали той критической массы, когда можно квалифицировать их как малые материки. Что ещё подметили с самолётов, что эти два скопища держались от громадного образования на приличной дистанции и почти не контактировали между собой. Было высказано предположение, что все три группировки жабокряков – ярые антагонисты или в состоянии войны друг с другом. В идеале воспользоваться такой возможностью и стравить чужаков между собой считалось самым оптимальным и желанным вариантом.
Но как это сделать? Проблема отсутствия должного контакта – налицо.
В этом плане сообщение о начале переговоров Прогрессора и Кобры с жабокряками не только делало их победителями в споре, но и возводило моментально на пик всеобщих интересов.
Ну а дипломату надлежало применить все доступные ему хитрости и умения налаживания контакта с вождями чужаков. Для чего, в сущности, им и была прихвачена ракушка-переводчик. Говорить-то он не умел по-жабокрякски. Да и его союзник, застывший на большой глубине, мог видеть только действия врага, не понимая в его речи ни слова.
Так Труммер и появился в тылу опасного противника: в одной руке живая ракушка, во второй – короткое копьё, по сути, чисто декоративный атрибут воина. И на ментальном уровне прислушиваясь к желанному контакту с Тилиусом.
Повезло, рядом никого из чужаков не оказалось. Появилась возможность хотя бы осмотреться, успокоиться и понаблюдать. Да и связь наладилась уже на второй минуте. Это больше всего обнадёживало, хотя кит сразу заявил: