Уже будучи готов прорываться с боем, выглянул обратно в проход. Спокойное течение работ оказалось не нарушено, тревоги никто не поднимал. Да и от Тилиуса никаких предупреждений не последовало. Что и радовало, и время давало диверсанту для затирания собственных следов. Копьё воткнул одному из противников в сердце, а второго добил в висок отобранной у его приятеля дубинкой. Да там всё это и оставил. Пусть лучше разбираются с итогами драки (если здесь такие случаются), главное, чтобы общий план-перехват не объявили.
Для лучшей маскировки Поль вскинул на плечо рулон кожи, а на голову напялил трофейную панаму. Да так и поспешил в сторону выхода. Ноша удачно прикрывала выгоревший рукав робы, а панама – морду чуть ли не вместе с клювом.
Помогло. Не только вышел из самого ангара, но и за пределы явно огороженной территории прошёл, не особо напрягаясь. Некое подобие охраны на выходе всё-таки имелось, потому что оба сторожа, при виде «несуна» стали угрожающе приподниматься с широкой скамьи. Ну этих-то поощер вначале просто оглушил слегка, они сами и шлёпнулись обратно. Хотя вылупленными глазами продолжали смотреть вслед нарушителю. Пришлось им добавить ещё один «откат», который однозначно и надолго отправит сторожей в реанимацию. И тоже не факт, что госпиталь здесь существует.
Но дипломата, смотревшего только вперёд, чужие проблемы не волновали. Первый барьер вживления в иную среду оказался позади.
Глава тридцать вторая. Удачная маска
Дальше и сразу – пошла жилая зона. И насколько мало (сравнительно) оказалось жабокряков на территории вокруг ангара, настолько многократное столпотворение встречало за проходной так называемого комбината пищевой промышленности. Следовало иметь крепкие нервы, чтобы ввинтиться в эту толпу, и немалую наглость, чтобы точно так же, как все, расталкивать для себя локтями дорогу.
А ведь ещё следовало смотреть в оба, прислушиваться к советам Тилиуса, подмечать всё вокруг, слишком не выделяться и спешно вырабатывать последующую линию поведения. И было на что посмотреть!
Чужаки, в центре своего получившегося континента, жили в страшных, нечеловеческих условиях. Или для них они являлись приемлемыми? Какие-то шалаши, укрытые шкурами, юрты, навесы – и всё это хаотично расставлено, без всякой системы и в невероятной скученности. Между всем этим снуют потоки куда-то прущих жителей, там же они едят, работают, дремлют, испражняются и чуть ли не совокупляются. Общаются, ругаются, местами вроде даже поют. Над всем этим стоит густое амбре мокрых перьев, тухлой рыбы, испражнений и химикатов для отделки шкур. От готовящейся на жировых горелках еды воняет всё тем же сгоревшим жиром. Ну и последние штрихи этому концу света добавляют носящиеся всюду и пронзительно крякающие маленькие жабокрячики.
Но если щенки, котята, тигрята и медвежата всегда умильные и симпатичные, то подрастающее поколение чужаков выглядело препротивно. Рваная, грязная шерсть в разные стороны, перекошенные, рахитичные, наглые, невоспитанные и визгливые. Несмотря на весь свой космополитизм и терпимость, Труммеру при виде таких детей хотелось с отвращением сплюнуть. И обязательно им на голову. А потом ещё и пинком добавить ускорения и отправить в полёт.
Заметив, что взрослые не комплексуют, пиная меньших и слабых, тоже перестал деликатничать. Да иначе было не пройти по этому жуткому, смрадному городу. Пытался идти с полчаса, ориентируясь по солнцу, но так и не вырвался в места более приличные, разве что окружающие навесы и жилища стали в два, а то и три яруса и появилось некое подобие кривых улиц. Именно туда он и шёл по подсказкам, потому что ничего приличнее Тилиус не «просматривал» из глубины. И всё равно это не походило на какой-нибудь район для местной аристократии.
«Как же в этом бардаке отыскать вождей?» – запаниковал дипломат, взывая к помощи своего союзника.
Тот не успел ответить: сработали диверсионные закладки. Разгорелся и набирал мощь сильнейший пожар в ангаре, в котором побывал Поль. Полыхнуло так здорово, и вверх повалили такие клубы дыма, что замер на месте и впал в ступор почти каждый из местных обывателей. А по ментальной связи последовали комментарии по поводу начавшегося тушения: