Глава 68
Пшеницу я продал в Афинах, которые были по пути. Цена здесь примерно такая же, как в Карфагене, так что не было особого смысла везти ее дальше. На вырученные деньги купил вина в пифосах и небеленых шерстяных тканей. Того и другого здесь много, стоят дешево. В последние два года Афины опять ожили, наполнились людьми. Заработало много новых мастерских. Как говорят, нынешний архонт Антипатр всячески поощряет переезд в Афины предпринимателей, дает гражданство и налоговые послабления. Благодаря этому, цены на многие бытовые товары снизились, а на продукты питания выросли. У меня даже появилась мыслишка, а не перебраться ли сюда? Грецию римляне захватят позже, чем Карфаген.
Поспособствовала оживлению предпринимательства в Афинах и отмена пятипроцентного налога, придуманного Фрасибулом. По официальной версии его обвинили в попытке стать тираном, по более правдоподобной — достал купцов, которым надоело отстегивать на его ратные подвиги. Не дожидаясь суда, он удрал в Карию, на азиатский берег Эгейского моря, где в городе Аспендос благодарные жители и грохнули Фрасибула. Наверное, им тоже пришелся по душе дополнительный налог.
По этому поводу у меня появилась теория, что демократия хороша там, где граничишь со слабыми соседями. Если рядом большие парни, готовые навалять тебе при каждом удобном случае, надо объединяться в централизованное государство с жесткой вертикалью власти, основой которой является не личность правителя, а хорошо развитый бюрократический аппарат, какой будет, например, в Византийской, Британской империях. В противном случае демократия будет расправляться со своими выдающимися сынами из опасения, что расправятся с ней, и в итоге уничтожит саму себя. Из-за этого сейчас и Афины, и Карфаген постоянно проигрывают войны более слабым соседям, в которых правят тираны, тем же Спарте и Сиракузам, а в ближайшее время все греческие полисы лягут под Александра Македонского.
Когда мы отправились в путь, ветер дул северо-восточный, поэтому я направил шхуну в Карфаген. Возле острова Крит за нами опять увязалась пара пиратских галер. Помня, что на них отменные лучники, решил не связываться, несмотря на горящие взгляды членов экипажа. Им есть смысл рискнуть и разбогатеть, а мне это уже ни к чему, хватает того, что имею.
На подходе к Сицилии ветер сменился на северо-западный, пошли галсами. Чем ближе был Карфаген, тем дуло сильнее, пока не перешло в шторм. Мы как раз были возле острова Гоцо, который сейчас называется Гаулос. Встали на якорь между ним и соседним островком Камино. На обоих живут люди. В центре первого город Гаулос, но с юго-восточной стороны он не виден, потому что берег высокий, скалистый. На склонах холмов пасутся небольшие отары овец без пастухов. Люди на берег не выходили, боялись, наверное. Мы тоже не совались к ним. Через два дня задул умеренный жаркий юго-восточный ветер с пылью и песком, и мы продолжили путь, быстро добравшись до Карфагена.
После выгрузки шхуны я поговорил с Элулаем. Моя тяга к странствиям на этот год был удовлетворена, а вытаскивать судно на берег, где будет стоять без дела, невыгодно. Решил доверить его финикийцу. Пусть зарабатывает на жизнь мне, себе и другим членам экипажа.
— Будешь командовать шхуной и перевозить, что сочтешь нужным, но только на линии Карфаген-Сор, где с пиратами трудно встретиться. Когда заработаешь капитал, сможешь заняться еще и торговлей. Мне будешь отдавать арендную плату за судно и погашать из прибыли долг, который шестьсот пятьдесят серебряных шекелей. Как заплатишь всё, поговорим о дальнейшем сотрудничестве, — предложил я и предупредил: — Керки и Дан будут помогать тебе и контролировать.
— Я погашу долг и останусь твоим рабом до конца жизни! — пафосно и настолько искренне пообещал финикиец, что, знай я людей меньше, поверил бы.
— Не потеряй и это судно — и будет достаточно, — сказал я.
Поскольку я имел дорогую собственность в Карфагене и выступал гарантом, проблем с грузами на Сор не было. В обратную сторону тоже, потому что там жила семья Элулая, и ему доверяли, как опытному наварху. Вдобавок шхуна перевозила больше и быстрее, чем любая, даже самая большая, галера, и могла сделать скидку. В общем, линия оказалась очень прибыльной для всех, кто был связан с ней.
Глава 69
География — это судьба, как верно заметил Наполеон. От того, где ты живешь, в какой стране, зависит очень многое. Соседи по многоквартирному дому или улице могут оказаться уродами, из-за которых твоя жизнь пойдет наперекосяк, окажешься в тюрьме или станешь калекой, или благодетелями, которые помогут подняться выше, чем ты того стоишь. Твоя страна может встрять в войну, замутить революцию, и в итоге потеряешь все, что имел, а то и вовсе погибнешь молодым, или подсесть на шею всему остальному миру, как это сделали пиндосы и в меньшей степени западноевропейцы в конце двадцатого века, и даст возможность жить припеваючи, не сильно напрягаясь.