Если в Карфагене с соседями по улице я почти не пересекался, жил, как и они, в замкнутом пространстве, ограниченном стенами моего дома, то мои имения были большими и высоких толстых каменных стен по периметру не имели. Как это часто бывает в сельской местности, то твой скот, оставленный без присмотра нерадивыми пастухами, потравит соседское поле, то его овцы забредут на твое. Каждый раз управляющие устраивают разбирательство с криками и взаимными обвинениями. Обычно заканчивалось выплатой штрафа провинившейся стороной, но однажды мои овцы забрались на огород суффета Магона, с которым я граничил частью дальней юго-западной стороны своего большого имения. Охранники захватили пару баранов и тут же прирезали якобы для возмещения ущерба, который был в разы меньше. Обычно землевладельцы не позволяют своим рабам поступать так. Я подумал, что другие соседи помалкивали, когда случался такой беспредел, потому что не хотели связываться с влиятельным чиновником.
Вспомнил односельчанина из двадцать первого века, главу сельсовета по фамилии Парамонов. Если к нему в огород забиралась соседская курица, ее ловили и казнили — отрубали лапы. Искалеченная птица и ее конечности по отдельности выбрасывались на соседский двор — нам чужого не надо! Старухи-соседки материли Парамонова на чем свет стоит, но писать заявление в полицию, как я советовал, не желали. Полицейских они боялись еще больше.
Я не стал разбираться с чересчур рьяными рабами-охранниками, а по приезду в Карфаген встретился с суффетом Магоном, поднявшись для этого на Бирсу. Суффет был занят составлением письма Дионисию, тирану Сиракуз, но принял меня. Сидел он в большом зале на троне, а рядом за маленькими столиками расположились четверо писцов. Один, самый младший, работал, а остальные зорко следили, чтобы не сделал ошибку.
Первым делом Магон пожаловался:
— Нашего купца опять избили и ограбили в Сиракузах, забрали часть товара. Пишу письмо Дионисию, чтобы приструнил своих подданных. Как ты думаешь, следует ли ему пригрозить?
— Тирану или купцу? — задал я уточняющий вопрос.
— Почему ты это спросил⁈ — удивился суффет.
— Потому что, если бы ограбили, то забрали бы все, — ответил я. — Купец врет. Где-то смошенничал или не заплатил пошлину, вот и наказали.
Магон хмыкнул, посмотрев на меня снизу вверх, и произнес:
— Поговорю с купцом еще раз. Не стоит дразнить сильного соседа из-за нерадивого подданного.
— Как раз пришел к тебе по похожему делу, — сказал я и выложил, что произошло.
— Как мне надоело это имение! — искренне воскликнул он. — Это приданое жены. Я абсолютно не разбираюсь в сельском хозяйстве и стараюсь не вмешиваться в управление. Приносит прибыль — и хорошо. Правда, в последние годы все меньше и меньше. Я поговорю с Аришатбаал, чтобы приказала вернуть тебе баранов и наказала рабов.
То ли он забыл обещание, то ли жена не сочла нужным отреагировать, то ли рабы забили на распоряжение хозяйки, но баранов я так и не дождался. Более того, через несколько дней на поле люцерны совершенно случайно, подгоняемая пастухами, забрела соседская отара сотни в три голов и хорошенько объела его до того, как заметили мои рабы и подняли шум. Я понял, что это объявление войны и что жаловаться бесполезно. Или хозяйка в курсе и считает, что это типа ссоры с соседкой, когда можно помолоть языками и разойтись без потерь, или слишком бесхребетная, чтобы приструнить своих рабов. В обоих случаях вопрос надо было решать кардинально, однако так, чтобы не заподозрили меня, моих людей.
Я проехал как бы по другим делам мимо имения Аришатбаал, жены Магона, туда-обратно, посмотрел, что там и как. Дом не шибко отличается от моего, разве что меньше. Полей и сенокосов нет. Огород и сад ухожены плохо. Уверен, что урожая с них едва хватает на прокорм хозяев и рабов. Большую часть земель занимает пастбище для овец с оградой из шестов. Наверное, зарабатывают на сыре и мясе, но мало, только на содержание рабов, которых десятка три, что для такого скромного хозяйства чересчур. Поэтому и бесятся от безделья. Я собирался совершить биологическую диверсию на полях, чтобы подорвать экономическую мощь, но понял, что все подорвано до меня. Удар можно нанести только по отаре, а животных мне было жалко. Потом в голову пришел вариант, как сделать так, чтобы овцы и бараны были целы и мои обиды сыты.