— Но...
Она закрыла дверь прямо перед его лицом. Лин ожидал такой реакции, но надеялся, что за эти годы она изменила своё отношение.
— Я ведь даже с ним не общаюсь.
Чтож, если с мамой помириться не получилось, остаётся только ехать домой. Что ещё делать в этой дыре?
Лин вышел из подъезда и сел на лавочку на детской площадке. Он стал искать ближайшие билеты в Питер. Здесь ему больше нечего делать.
Вскоре билет был куплен, Лин уедет завтра рано утром. А ночь проведет в каком-нибудь клубе. Может быть, познакомится с кем-нибудь прикольным из местной тусовки, если она тут есть.
Дождя больше не было, но в небе висели серые тучи, а всё вокруг было мокрым, даже лавочка, на которой он сидел.
Он уже собирался уходить, когда из подъезда вылетела та девчонка, которая открыла ему дверь. У неё на руках был узкоглазый карапуз.
Девочке на вид было лет пятнадцать, а её брату— два-три года.
Лин остался, чтобы понаблюдать за ними, но девочка посадила брата на карусель и уверенно пошла к нему.
Она была невысокой и не унаследовала красоту матери. Но зато в её маленьких глазках светилась пусть и усталая, но доброта.
— Меня зовут Залия. Ты, получается, мой брат?
— Ну да. По матери.
— Знаешь, я всегда мечтала о старшем брате, а оказывается, что он у меня всё это время был.— с какой-то недетской горечью подметила она.
Залия стояла напротив Лина. Былая решимость куда-то пропала, и теперь она выглядела просто смущенной и напуганной девчонкой. Странно. Дети никогда не боялись Лина, а совсем маленькие без всякого стеснения играли с его волосами и украшениями.
— Садись, тут относительно сухо. Тот мальчишка — твой братик? Как его зовут?
— Тимур.
— Всегда хотел иметь младшего брата или сестричку. Точнее, я будто бы знал, что вы есть, но даже не надеялся с вами познакомиться.
— Мама про тебя никогда не говорила. Даже сейчас сказала, что не знает, кто ты. Но я же слышала ваш разговор. Почему так? Зачем она врёт?
Он не хотел рассказать Залии даже ту крохотную часть этой истории, которую знал сам.
— Не знаю. Я был примерно как Тимур, когда она ушла.
— Наверное, тяжело жить без мамы. Ты не из России?
— Тяжело скорее морально, чем физически. Папа обеспечил меня всем необходимым. Слушай, а мама не будет ругаться, что ты говоришь со мной?
Залия помотала головой и улыбнулась.
— Неа, у нас окна на другую сторону выходят. Она не узнает.
— Как знаешь. Я не хочу, чтобы тебе прилетело.
— Ты ведь не из России?
Лин ждал этого логичного вопроса.
— И да, и нет. Зависит от того, про что вопрос. Я родился в Финляндии, но уже много лет живу в России. А что касается гражданства, то их у меня два.
— Вот как. Блин, мне так интересно это всё, я бы расспрашивала до до самой ночи, но Тимурик замёрзнет и ныть начнет. А знаешь что, Лин? Я помирю тебя с мамой, точно-точно!
Лин горько улыбнулся.
— Если хочешь, можешь попробовать. Я буду рад. Если помиришь— уговорим её отпустить тебя на пару недель ко мне? Я в Питере живу.
Залия вздохнула.
— Не отпустит. С Тимуром некому сидеть будет.
— А вдруг? Ведь надо всегда верить в лучшее.
— Давай я запишу твой номер и напишу, когда мама захочет тебя видеть?
Лин усмехнулся.
— Ну запиши. Чудеса иногда случаются.
Она достала телефон и записала номер Лина. Они попрощались, но Лин сказал, что она может писать в любое время.