Глава 2.2. Клуб Н и ложные воспоминания
До самой темноты, которая наступила достаточно рано, Лин гулял по городу. Единственным его занятием были ответы на бесконечные вопросы Залии. Её интересовало буквально всё, и это уже начало надоедать даже ему. Наконец, она сказала, что ей надо помочь маме с уборкой и пропала.
В некотором удалении от вокзала Лин нашел приглянувшийся ему клуб Н.
Он представлял собой полуподвальное помещение, зачем-то разделённое на две почти равных части.
В большей части была небольшая сцена с одной стороны, и бар с дорогим даже по питерским меркам крафтовым пивом с другой. На сцене репетировала какая-то группа, а компания девчонок наблюдала за ними из "зрительного зала", усевшись в кресла-мешки. Девчонки постоянно прерывали репетицию, а музыканты ругались на них и упорно пытались что-то играть.
В меньшей части у входа стояли пару диванов и несколько столиков. В противоположном углу были навалены кресла-мешки. Остальная часть комнаты была пустой, и её назначение было не совсем понятно, так как никакой аппаратуры или намеков на какой-либо ивент не было.
В этой комнате было ещё две двери, помимо той, которая вела в комнату со сценой: одна вела в туалет и подсобное помещение, а другая была заперта, и, вероятно, вела в пространство за сценой.
Здесь за столом сидели двое мужчин средних лет, байкеры на вид, а на креслах валялся пацан и тыкался в телефон.
Лин вернулся в большую комнату и решил познакомиться с кем-нибудь из этой группы после репетиции. Группа состояла из пяти человек. Гитаристом был парень чуть старше Лина, с выбритыми висками и грязно-зелёными волосами На басу играл парень в прикольном халате и с волосами, собранными в хвост. За барабанами сидел немного полноватый чувачок с усами а-ля Сальвадор Дали. Была клавишница: налысо подстриженная башкирка с очень сложным макияжем. Вокалист понравился Лину меньше всех: это был высокий и худой молодой человек с черными губами, который постоянно ошибался и винил в этом всех, кроме себя. Если не считать его, то все они играли неплохо. Видимо, сегодня они должны были выступать, так что Лин передумал их тревожить.
Постепенно в клуб приходило всё больше людей. Это была очень разношёрстная публика: какие-то подростки, девушки, одетые по последней моде, бородатые мужики и достаточно яркие и интересные люди, которых было не так много.
Ближе к полуночи Лин болтал с тем самым барабанщиком Ильдаром, когда телефон начал разрываться от уведомлений. Лин вынужден был уйти, чтобы всё посмотреть.
Друзья присылали фото и видео из разных частей города, на которых был.... Он. Только какой-то странный.
Они бомбили его сообщениями с вопросами, что происходит и почему он не уехал. Юля прислала видео, как она с ним говорит:
— Привет, Лин! Я думала, что ты уехал.
Двойник плавно оборачивается к ней и наклоняет голову, будто бы пытаясь узнать.
— О, Юль, привет. Ну, как видишь, я здесь.
— Может тогда вместе пойдем в N?
Он смотрит на руку так, как будто на ней должны быть часы. Но часов нет, Лин их не носит.
— Не могу, у меня дела.
Юля на секунду опускает камеру.
— Что за дела?
Но загадочного двойника в кадре уже нет. Он будто испарился.
Лин несколько раз пересматривал видео, пыталась понять, что он видит. На записи точно был он. Он был готов принять, что это какой-то пранк и они сняли эти видео заранее но... такого диалога между ним и Юлей никогда не было.
В полном непонимании он строчит ответы, что сейчас в клубе H в Стерлитамаке и даже присылает фото.
Друзья замолкают.
Сев утром в поезд, Лин почти сразу заснул. Ему показалось, что он проспал минут двадцать, но за окном был уже вечер.
Он начал думать о том, что ему писали вчера. Но одна мысль не выходила из головы: осознание, что он помнит диалог, которого не могло быть.
Это очень насторожило его. Но вспомнив, что на момент просмотра этого видео он не спал больше суток, списал это на то, что память неправильно его записала.