— Нам нужна карта, — процедил пират. — Вместе с реалами отдайте карту, иначе не получите ничего кроме обломков.
Верёвки ослабли и упали, Джек чуть не упал вместе с ними, но был подхвачен патрульными под руки. Сделка заключена, назад пути нет. Он сжал кулаки, готовясь биться за свободу до конца, но мышцы слишком затекли для боя, и англичане без труда поволокли его по трапу вверх, на борт фрегата. Краем глаза пират видел, как передают вместе с увесистым мешком свёрнутую карту, как Ллойд сжимает пистолет, как Бентон внимательно следит за врагами, как из капитанской каюты выглядывает перепуганная Элиза… нутро сжалось от боли и неожиданного страха неизвестности, тут же сменившегося яростью. Отдать оружие своей команде и довериться им — это одно, а сдаться английским псам — совсем другое! Собрав силы, Джек неожиданно рванулся в сторону, плечом сбив правого патрульного за борт, а левого схватив за лицо и с разворота опрокинув на спину. Несколько англичан бросилось сзади, одного пират успел ударить в живот, второго схватил за горло и… и бесполезно замер, не смея пошевелиться под дулом упирающегося в затылок пистолета. Его руки быстро связали за спиной, на голову надели пыльный мешок и грубо поволокли куда-то вниз, не заботясь о синяках и голове.
Несколько долгих часов Джек не видел ничего кроме тьмы и не слышал ничего кроме ровного гула дубовых досок под ногами и ударами волн. Порой он дремал, но даже не замечал этого, настолько пустым стало существование в эти часы. Равномерная качка и гул прекратились и сменились твёрдыми шагами, кто-то рванул пирата вверх, так что у него закружилась голова, а потом было целое множество лестниц со скользкими ступеньками, на которых он постоянно спотыкался и едва не падал на впередиидущего стражника. Джек чувствовал, что его ведут уже не по кораблю, но совершенно не понимал, зачем. Мешок с его головы сняли лишь в тесной камере, прогнившей настолько, что по углам уже начинала расти плесень и зелёные водоросли, а через узкое решётчатое окно почти не проникал свет. Пирата попросту бросили на каменный пол, предоставив его самому себе, а тяжёлая кованая дверь закрылась прежде, чем обрывки из разговора стражи смогли достигнуть уха. Смертник. Один. Беспомощен.
Несколько минут Джек сидел в тишине, тупо смотря на ржавые петли и гвозди. Дикий вой отчаяния так и застрял в глотке вместе с бесполезными слезами ярости.
— Трусливые твари… сколько раз я показывал вам силу, а теперь вы продали меня… ну ничего… я ещё выберусь отсюда и к чертям сожгу каждый английский корабль, а флот… к дьяволу флот! Давно пора было понять, что даже самые преданные люди подвластны страху. Рассчитывать можно только на себя…
Убедившись, что за дверью тихо, пират прижался спиной к сырой стене, максимально поджав ноги и с суставным хрустом протянул руки из-за спины через ноги вперёд. Несколько секунд плечи ломило, но боль быстро прошла. Верёвки были завязаны на самый обычный узел, а не страшную морскую вязь, поэтому развязать его даже зубами было совсем просто. Наконец, когда руки стали свободны, пират поднялся на ноги и приступил к полноценному изучению камеры. В углу рядом с дверью чернела крысиная нора, где-то в глубине её поблёскивали кости. В камере не было ни миски, ни кружки, ни циновки, словом, ни одного предмета, напоминающего повседневную жизнь. Приподнявшись на носках, пленник выглянул в окно: на километры вокруг простиралось море, лишь у подножия острова шумели густые кусты и деревья. Судя по всему, причал и патрульные корабли находились с другой стороны крепости, если бы не решётка, место можно было бы назвать красивым. Стена была сложена крепко даже несмотря на возраст, возможностей выбраться, кажется, не было. Внимательно изучив каждую щель, он так и не смог найти способ сбежать самостоятельно, поэтому оставалось только ждать. Верёвка станет оружием, кость… Джек сел под дверь, затихнув и целиком обратившись в слух настолько, насколько будет надо, а тонкие кости из крысиной норы идеально спрятались в рукаве. Попадись он четыре года назад, он бы наивно надеялся на помощь отца. Два года назад он бы просто сдался и расцарапал этими костями свои вены или горло, до смерти бился бы головой о каменные стены, даже не сопротивляясь отчаянию и страху. Но теперь он стал сильнее, не важно, считали ли его легендой или самой грязной тварью Карибского залива, главное — теперь он знал, на что способно его сознание и тело. Как бы ни болело от страха сердце, как бы ни дрожали руки от звука приближающихся шагов, как бы ни срывалось дыхание и ни кружилась голова, он должен сбежать и показать, кто он такой на самом деле.
— Джек Тич, вы… где он?! — вошедший стражник замер в центре комнаты, тяжёлая дверь безвольно распахнулась. — Поднимайте трев… — англичанин не успел договорить, как Джек молниеносно набросился на него сзади, накинув верёвку петлёй на беззащитную шею и упёр колено в его позвоночник, повалив на пол и за секунду заставляя прогнуться под неестественным углом; шея и позвоночник хрустнули, тело обмякло. Второй стражник подхватил крик тревоги и схватился за саблю, пират умело вывернул его руку и ударом об дверь переломал локтевой сустав. Третий решил напасть сзади и сжал плечи пленника, парень с размаху ударил врага-инвалида ногой в подбородок, извернулся и рванулся в бок, вместе со стражником падая на пол с такой силой, что у того затрещали ломающиеся рёбра. Больше преград не было, и Джек устремился к свободе, схватив лишь чью-то саблю.
Забег по коридорам продолжался недолго. В конце винтовой лестницы уже поджидал десяток стражников с алебардами и саблями, у двоих даже были ружья. От первого выстрела пират чудом уклонился, второй пришёлся в спину своего же человека. Пока стрелки перезаряжали ружья, Джек успел поставить подножку и вонзить саблю в спину одного, заблокировал удар второго, перенаправил в стену выпад третьего и свернул шею четвёртому, но англичане быстро скоординировали действия и успешно загоняли его в угол. Вдруг грянул взрыв шашки, помещение заволокло едким дымом, на пару мгновений пират отвлёкся и закашлялся; в эту же секунду самый рослый страж рванулся к нему и две сабли накрест пригвоздили горло Джека к стене, так что любой манёвр грозил вспоротой глоткой.
— Допрыгался! — победно рявкнул он. — В подземелье его!
На это заявление Джек оскалился и ухмыльнулся. Стражник замешкался, пытаясь понять, что значит эта гримаса, но не успел даже понять, что произошло. Незаметно прибрав руку за спину, пират поудобнее сжал добытые кости между пальцев и неожиданно ударил врага кулаком по лицу, до крови раздирая кожу и глаз, а потом ударяя ещё раз в живот.
Стражник взревел и выронил оружие, схватившись за глаз, рубашка на животе покраснела от медленно растущих кровавых пятнышек. Парень снова рванулся в бой, его перехватили и швырнули на пол сразу трое рослых мужчин, он продолжал извиваться и даже освободил руку из захвата, но что-то тяжёлое сотрясло череп в районе затылка, мир медленно поплыл и потемнел, только надрывался где-то на грани сознания стражник, брызгая слюной и кровью: «В пыточную сукина сына!».
========== 8. Башня Марлетто ==========
Комментарий к 8. Башня Марлетто
*башня Марлетто - игровой объект в серии игр heroes of might and magic. Обычно в этой башне заточён ценный игровой персонаж.
Первым чувством, вернувшимся к Джеку после долгой отключки, был юмор. Это чувство постепенно вернуло слух, обоняние и зрение, незамедлительно выдав шутку прискорбного содержания: в вертикальном положении справлять нужду удобнее, чем если бы это всё растекалось прямо под спиной. Когда же зрение вернулось окончательно, исправить положение не могли уже никакие остроумные шутки. Эта камера была значительно больше предыдущей, только вот причины расширения территории не вселяли надежды: в камине краснели раскалённые щипцы, иглы и прутья, на каменном полу стояло несколько шипастых стульев разной конфигурации, два аналогичных саркофага, куча захватов и зажимов, крюков и цепей на стенах, несколько видов дыб и даже такие мерзкие приспособления, как железная груша и колыбель Иуды. От вида последних Джека чуть не вырвало, но бунтовать пустому желудку было попросту нечем. Хотя в такой атмосфере аппетита и вовсе быть не может…