— Самым страшные последствием парадокса, становится состояние не жизни и не смерти. Путешественники во времени очень уязвимы к любым влияниям в их прошлое. Поэтому зная, что мои коллеги умрут… да я знала, — кивнула Ада, поймав недоуменный взгляд. — Меня отправили в прошлое последней. Телепорты могут выбрасывать агентов в совершенно любом порядке. Поэтому отправившись на год раньше всех, я знала, что кто-то их всех убьёт. Кто бы это мог быть?..
— Сильные выживают всегда, — ничуть не смутился Диего, разведчица согласно кивнула.
Если уж Жека, Барбаросса и даже Глистер с Кукукурочкиным спокойно пережили все суровые годы 17-го и 18-го веков, то повальная смертность предшественников выглядела постыдной слабостью.
— Меня отправили именно из-за их смерти. Значит если бы я помешала их убийству, то внесла нарушение в порядок своего прошлого. Тогда меня могло закрутить в парадоксе. Я уже отправлена на задание, но цепочка прибытия сорвана, значит меня в прошлое не отправят, но я уже в прошлом…
— Безумие какое-то! — покачал головой адмирал.
— Ещё какое, поэтому люди и становятся живыми мертвецами. Разведчики, которые существуют и не существуют одновременно. Нельзя отменить то, что уже произошло. Я с Ванькой очень сильно сглупила, — нехотя призналась она, — если бы ты его не убил на часовне, последствия могли ударить по мне.
— Значит, я тебя спас! — от его самодовольной улыбки, усиленной пронзительным взглядом, она не смутилась только титаническим усилием воли.
— Мой грозный адмирал, — насмешливо ответила ему Ада, — не стоит так задирать нос. С того самого момента я стала единственным противником, выполнившим свою задачу. Поймал ты меня поздновато! И, кстати, твоя очередь!
— Справедливо. После второй битвы против Османов…
Несмотря на спокойное отношение Шуриковой к муштре и наказаниям за оплошности, Диего больше не позволял себе причинять ей боль. Синяки зажили действительно быстро, а сама разведчица осваивала науку намного быстрее, чем кто-либо на памяти адмирала, о чём он частенько ей говорил, заставляя краснеть. Тело легко подстроилось под новый ритм жизни, а разум получал отдых от тяжёлых мыслей, которые хоть и приходили с началом отбоя, но мучили всё меньше и реже. К началу новой тренировки помрачневший взгляд почти полностью покидал синие марсианские глаза. А чтобы окончательно скрасить немногие часы, которые она проводила в одиночестве, Шурикова тайком заимствовала у Диего книги. Хуан, разумеется, попытался подгадить и выдать её некрасивый поступок, однако адмирал всего лишь поинтересовался о вкусах пленницы и отдал ей всё, что могло заинтересовать. Ревнивый помощничек вновь оказался не у дел.
— Моя первая миссия происходила в Помпеях. Исследовательская. Никаких врагов и полная свобода. Тогда я сбегала в Дом Культуры на различные собрания, в том числе женские. Пожалуй, это один из первых случаев на моей практике, когда человек прошлого меня чему-то учил, — чуть покраснев рассказывала Ада. — Фехтование стало вторым.
— И кто же меня опередил? — с налётом ревности в голосе поинтересовался адмирал.
— Гетеры, — невинно отозвалась Шурикова, со смехом наблюдая за шоком в глазах собеседника. — Эти женщины очень многое знали и умели! Ещё ради интереса посетила лупанарий. Интересная эпоха исчезла! Такого откровения сейчас нет. Только после сексуальной революции 20-го века дремучие отношения между мужчиной и женщиной сдвинулись с мёртвой точки.
— Дремучие?! — возмутился Диего, сразу догадавшись, что намек в первую очередь касается его времени и его самого.
Видя недовольство разведчица едва сдерживалась, чтобы не поддеть его ещё больше, надавив на самолюбие. Себе она подобное настроение объясняла своего рода игривой местью за рождественскую ночь.
— Исторически доказано, что мужчины не заботились об удовольствии женщины по меньшей мере в период с прихода христианства и до 20-го века включительно, — развела руками она, демонстрируя, что с историей спорить бесполезно. — Немногочисленные исключения касались отношений с куртизанками!
Почувствовав себя увереннее на тренировках, Ада уговорила грозного адмирала устроить спарринг с серьёзным и обученным противником, чтобы посмотреть и запомнить, как проходит не учебная дуэль. Приглашённый ради этого капитан де Сандоваль сначала долго переводил многозначительный взгляд с Диего на Аду и обратно. Шурикова с удивлением заметила на его лице весьма странную улыбку, словно он знал что-то такое, чего они не ведали.