«Мой грозный адмирал, ты даже не представляешь, как сильно я ненавижу слово «сахиб» и всё раболепие, с которым местные относятся к англичанам! В городах только оно и слышится, стоит пройти мимо очередной белой роже в красной форме.
Хорошо, что в городах я редкий гость, а в партизанских лагерях это гадкое слово не произносят. Тоже ненавидят.
Сколько глаза не опускай к земле, всё равно заметные. Когда краска на коже почти полностью вымылась, я устроилась в офицерский клуб одной из танцовщиц. В Индии я не в центре внимания, как в Санто-Доминго, зато всё вижу и слышу, а нетрезвые военные способны выболтать красивой девушке всё на свете. Их даже пытать и допрашивать не требуется, сами рассказывают, лишь бы впечатлить нас! А если руки распускают, шевелить ими не могут неделю. За этот «трюк» все танцовщицы нашего клуба вызвались мне помогать. Я лишь скромно завербовала их всех, а информация полилась такой рекой, что не утонуть бы.
На улицах приходится быть осторожнее. Британцы назначили за мою голову награду. В переводе на дублоны это около ста тысяч. Я уверена, что ты бы так не жадничал и назначил побольше. Раза в два, как минимум. Поскольку моя голова теперь товар, то бриташки её постарались подробно описать. Не скажу, что у них получилось. Угадали только с цветом глаз и клеймом.
Из Индостана с любовью, Ада
P.S. Если до тебя дошли слухи обо мне и Кае Китобое, то он первый заявился в мою каюту».
Слухи дойти не успели, но адмирал навёл справки и столкнулся с мрачным мифическим ореолом, окружающим ужасающего Марсианского Демона. Без уточнения имени, пола и внешности байки, одна другой краше, ведали о неведомом чудовище Нового Света. Что-то из небылиц опиралось на истинные события, например, сожжение корабля было передано почти без преувеличений, но что-то и вовсе казалось выдумкой безумных пьяниц. Битва трех кораблей в штормовом водовороте? Уничтожение Дейви Джонса и его команды проклятых рыболюдей? Участие в охоте на Ёрмунганда?! Но также присутствовала и страшная байка о Марсианском Демоне и Кае Китобое.
Вкратце она звучала почти притчей. Кай Китобой оскорбил Марсианского Демона, сравнив с продажной девицей. В ярости последний прямо на глазах команды снёс дерзкому капитану голову в один удар когтистой лапы… именно когтистой, именно лапы. Команда попадала на колени перед Демоном, демонстрируя почтение, и тот их пощадил, оставив матросам в назидание голову Китобоя.
После прочтения адмирал пытался выудить из полумифической истории хотя бы зерно истины, но не преуспел. Единственно правдивыми в истории казались оскорбление Кая Китобоя и факт снятия головы с плеч. Дальнейшие истории предоставляли морякам страшилище, от которого действительно стоило дрожать всем и каждому и… неожиданное упоминание его самого, дона Диего де Очоа. Без имени и какого-либо описания, лишь то самое прозвище, подаренное Адой — грозный адмирал, не раз бросавший вызов Демону и выживший после каждого противостояния. От упоминания своей персоны в байках про Демона, Диего невольно усмехнулся.
«Мой грозный адмирал, сегодня не скажу где, не скажу во сколько мы были вынуждены вступить в долгую перестрелку. Обычно нас так не зажимали, но имела место засада. Спаслись почти все. К сожалению, погиб лидер сопротивления. К счастью, он успел подготовить себе замену, но у нас всё равно траур. Не назову имён, но это был хороший человек.
Клайв сахиб, местный злодей в данной истории. Надо найти способ отобрать у него что-нибудь дорогое. Несколько кораблей мы уже отобрали. Нет, на этот раз без поджогов. Украли и теперь обстреливаем его флот его же кораблями. Я не слишком жалую пиратство, но эти атаки исподтишка весёлые! Но не для всех. Весь вечер штопала наших раненых ребят. Один за меня поймал пулю. Надеюсь, что за это он не потребует жениться, иначе придётся его отравить.
К слову, все перестрелки здесь без наших разговоров настолько тоскливые, что я почти готова нарисовать тебе карту с местом и временем следующей встречи и подписать «приходи, будет весело», хотя в моё отсутствие ты скорее всего вернулся ко своей дворянской жизни, где главное веселье — это балы. Барышня уже нашла себе новую наперсницу?
Боюсь, моя кампания затягивается. Награду британцы повысили до двухсот тысяч дублонов, если переводить на ваши деньги. Всё равно мало. Я уверена, что ты мог бы назначить больше.
Из Индостана с любовью, Ада
P.S. До нас дошли байки про Марсианского Демона. Лучше не наводи справки. Там всё неправда! Кроме рыболюдей и Ёрмунганда».
Письма продолжали идти с новостями об индийской кампании против британцев, а в колониях со смертью безумца Трипплью закончилась война. В ходе поэтически красивого сражения в самое сердце баталии вмешался «волшебный» корабль, появившийся из-под воды, и разгромил флагман Парагвая. Сам король был показательно повешен на рее. Его дерзкий убийца на одном корабле разгромил силы противника, чем настолько впечатлил всех вокруг, что по праву победителя ему едва ли не вручили весь Парагвай в правление.