— Вчера рано утром пираты на пали на город с суши. И очень похоже, захватили его вместе с фортами Сантьяго и Сан-Херонимо. К нам пока не совались. Поэтому, не заходите в бухту. Мы специально открыли огонь по их лодкам, чтобы предупредить вас. Ведь они явно собирались захватить ваш корабль.
— Мы так и поняли, благодарю вас. И после ночной трепки, что мы им устроили, это было вполне ожидаемо. Поэтому, сеньор Серрано, мой капитан предлагает следующее. Кораблей у этих негодяев не осталось. То, что есть в бухте — мелочь, с которой мы легко справимся. Поэтому мы перекроем выход из бухты в южной части, чтобы никто не мог прорваться даже вдоль берега по мелководью. А вы будете контролировать северную часть. И тогда никто, даже индейская пирога, не сможет проскользнуть в море. И пусть эти мерзавцы сидят в городе, пока их там не возьмет за шиворот испанская пехота. Деваться им некуда. Как думаете, в Панаме уже знают о случившемся?
— Должны знать. Может, пройдем в форт, сеньор Агилар? Поговорите с нашим комендантом?
— Увы, нам надо срочно возвращаться. Капитан велел предупредить вас об опасности и сразу назад. И рекомендует никого из незнакомцев не пускать в форт, пока с пиратами не будет покончено. Поскольку они оказались в такой паршивой ситуации, то могут пойти на любую хитрость. В море мы их не выпустим, не волнуйтесь. И уничтожим, если только попытаются уйти. Но на берегу придется действовать вам.
— Хорошо, я передам все коменданту. А как называется ваш корабль?
— «Песец».
— «Pesets»? А что это?
— Это название полярной лисы на родном языке нашего капитана.
— Так он не испанец?
— Нет, но находится на испанской службе.
— Странное название… Все равно, передайте мои поздравления капитану! Выйти победителем из боя с девятью пиратскими кораблями — это надо уметь! Уж я-то это прекрасно понимаю…
Когда сержант Серрано вернулся в форт и сообщил удивительную информацию, комендант сначала даже не поверил.
— Вы сами-то в это верите, сержант?! Один «купец» — девятерых?! Не может это быть какой-нибудь уловкой со стороны пиратов? Может, они устроили показную стрельбу ночью и ушли, разыграв комедию перед нами? Но зачем?!
— Не знаю, сеньор капитан. Что меня удивило, в шлюпке были одни индейцы и метисы, но на оборванцев не похожи и вооружены до зубов. Ружья хорошие — французские «буканьерские». Видно, что в команде железная дисциплина. Конечно, это еще ни о чем не говорит… Но этот Агилар высказал дельную мысль — не пускать никого из незнакомцев в форт и перекрыть выход из бухты перекрестным огнем. Если этот «купец» заодно с пиратами, то зачем ему это надо? Вряд ли бы они стали стрелять по своим и отдавать нам пленных. Если только это не какие-то внутренние дрязги, и один из них хочет убрать своих компаньонов нашими руками.
— Вот и я о том же… Ладно, в конце концов, нам предложение этого таинственного сеньора Кортеса пока ничем не грозит. Может, он действительно на испанской службе и такой пробивной малый, что утопил один девятерых. А может — пират, который что-то не поделил со своими компаньонами и теперь жаждет от них избавиться. Но в данном случае наши интересы совпадают. Будем исходить из того, что враг моего врага — мой друг. А пока, давайте с этими тремя мерзавцами побеседуем. Может, они что знают?
— Думаешь, не поверили, Хорхе?
— Не поверили, сеньор капитан. Хоть прямо и не сказали, но по их рожам было видно, что не поверили. И сейчас гадают, что же мы задумали.
— Ну, пусть погадают. А мы устроим мистеру Моргану еще один сюрприз. Но не сейчас, а как стемнеет. Чтобы ему скучно не было…
Выяснив все, что хотел и произведя «вброс» нужной информации, Леонид дал отбой тревоги. Оставив вахтенных на палубе наблюдать за окружающей обстановкой, спустился в каюту и вызвал по радио «Тезей». Надо было выяснить последние тринидадские новости, одновременно сообщив текущую обстановку возле Пуэрто-Бельо. Ничего нового не было. Все пока тихо, если не считать возросшую активность «штирлицев». Как испанских, так и вновь появившейся «антанты» — англичан и французов. Отношения на берегу с простыми обывателями добрососедские, за исключением лишь некоторых одиозных личностей вроде отца Альваро, а межконфессиональные различия вполне сглаживаются высокими заработками в испанских песо (ведь «самые настоящие»!) и хорошо налаженной торговлей. Все же, зря считали всех испанцев поголовно упертыми религиозными фанатиками. Таких немного. А основная масса населения на Тринидаде лояльно относится к «колдунам» из другого мира. Хотя, все подозрительно косятся на отряд «морской пехоты», состоящий из индейцев и метисов и усиленно занимающийся военной подготовкой. Причем совершенно не похожей на ту, которой заняты испанские солдаты. Как говорится, «а в остальном, прекрасная маркиза…». Но что-то будет. Карпов, имеющий богатый опыт в «мутных» делах, в этом не сомневался. Созданная им тайная полиция, которая действительно была тайной и о ней никто из аборигенов не знал, получала весьма тревожные сведения. Над Тринидадом начали сгущаться тучи. Уж очень серьезным людям перешли дорогу пришельцы. И все хотят прибрать к рукам «ништяки», которые (как все думают) могут дать подавляющее превосходство над остальными. Тем более, что за владельцами «ништяков» никто из сильных мира сего не стоит.