Провожая отца, которому так не хотелось оставлять меня в одиночестве, я попыталась доказать ему, что всё непременно будет хорошо. Только вот мои слова, наполненные уверенностью и оптимизмом, вовсе не казались ему убедительными. Взгляд Тадеуша полнился невыразимой тревогой, и всё-таки настаивать на возвращении домой он не стал, зная о приобретённом упрямстве, которое сам мне привил.
На космовокзале царил упорядоченный хаос. Казалось, время здесь течет по-своему: корабли прибывали и улетали, словно подчиняясь невидимому расписанию. Толпа бурлила, как океан, состоящий из обитателей разных планет. Их кожа светилась, переливалась всеми цветами радуги, а глаза сверкали, как ночные звезды. В этом разноцветном море под аккомпанемент гудения и гвалта я едва различала наставления отца, голос которого звучал, как далекий шепот ветра среди множества галактик.
Распрощавшись с Тадеушем я ещё долго стояла перед огромным панорамным окном, издали наблюдая, как он осматривает свой корабль, готовясь к отправке. Ветер трепал его тёмные волосы, а на родном лице читалась молчаливая сосредоточенность и привычная решимость.
Отец всегда был для меня воплощением силы и уверенности, и с годами он не сдавал своих позиций. Мне хотелось кинуться вслед за ним, чтобы вновь оказаться под защитой сильного и смелого капитана, только дочерний долг, как невидимая нить, удерживал меня на месте. Я понимала, что не могу просто так отступить, не узнав правду о том, что произошло с мамой двадцать лет назад. За какое преступление её обрекли на такую страшную жизнь? Чем провинилась Виола Артман перед Содружеством, что даже семья не смогла защитить своё дитя?
Эта мысль терзала меня, не давая покоя. Я знала, что пока не получу ответы, не смогу обрести успокоения. Но в то же время я отчаянно боялась. Боялась узнать правду, которая могла оказаться слишком тяжёлой и весьма болезненной…
Тяжело вздохнув, прощально взмахнула рукой вслед космическому кораблю, который, словно сверкающий метеорит, пронзил небо и растворился в бескрайней пустоте, оставляя за собой шлейф сверкающих искр. Мне предстояло вернуться к кампусу Военной академии одной, без привычной поддержки отца. Это было не просто трудно — это было словно ступить в неизведанный космос без навигационных карт. Я впервые оставалась одна с того самого дня, когда Тадеуш Ин забрал меня с далекой планеты Нимс, где я находилась под защитой матери. Теперь передо мной лежал путь, полный теней и неведомых опасностей, и только решимость могла стать моим щитом в этом мире, где за каждый сделанный шаг я должна отвечать самостоятельно.
Общежитие встретило нового обитателя в моём лице весьма неприветливо. Не успела я подойти к дверям комнаты коменданта, как была остановлена пренебрежительным жестом высокого блондина, взирающего на меня как на кучу мусора. Его лицо выражало презрение, а голос прозвучал, как эхо, раздающееся из глубин бездны:
- Стоп, Артман! Неужели ты и правда думаешь, что сможешь поселиться здесь? Среди нас? — спросил он, скривив губы в насмешливой улыбке.
Его тон был ледяным, а слова ударили, как пощёчина. Я почувствовала, как внутри всё сжалось от обиды и непонимания. Кто он такой, чтобы так со мной разговаривать?
- Мне что-то мешает это сделать? – вскинув голову, спросила я, не теряя самообладания. В моем голосе звучала решимость, а глаза смотрели прямо, без тени страха и сомнения.
- Ты ведь с Нимса… с планеты, где обитают одни преступники и изгои! Неужели поверила в себя и решила, что тебя примут такие, как мы?
- Прости, в отличие от тебя, я не озаботилась поиском информации о тех, с кем мне придётся проживать и потому не имею абсолютно никакого понятия о том, с кем имею честь вступить в столь занимательную беседу.
- А ты довольно нахальная девица, неудивительно, ведь твои родители самые настоящие отбросы, отвергнутые обществом и изгнанные на задворки галактики.
Мне хотелось ответить наглому мерзавцу грубо и жёстко, как того требовала ситуация. Я готовилась высказать всё, что думаю, чтобы раз и навсегда закрыть эту тему, только вот нашёлся тот, кто осмелился взвалить на себя эту отнюдь не почётную миссию. Его поступок вызвал уважение, хотя я и не ожидала, что кто-то возьмёт на себя эту роль, кроме меня.
- Закрой рот, Уоррен! Эта, как ты посмел выразиться, «нахалка» находится под моей защитой, и я не намерен позволить кому-либо повлиять на её решение учиться здесь. По крайней мере, до тех пор, пока не выиграю наше пари и не получу заслуженную победу. Так что лучше держись подальше от Артман, мой тебе совет!
- Зак Риль, ты не знаешь, за кого вступаешься! Эта представительница семьи преступников…
- И моя подруга по совместительству! Идём, Лиана, нечего выслушивать тех, кто, упиваясь властью отца ставит себя превыше других.
Взяв мою ладонь в свою руку, Зак уверенно повёл меня вперёд. Его тёплая, уверенная хватка дарила ощущение безопасности. В кабинете коменданта парень терпеливо дождался пока мне вручат ключи и намекнув, что хотел бы жить поблизости, был вознаграждён заселением в соседнюю комнату. По заверениям ответственного за общежитие мужчины, жить мне предстояло одной. Девушек в Академию поступило не так много, в основном все они намеревались учиться на Исследовательском факультете, и по ряду известных причин отказались заселяться в одну комнату с той, кто, по их мнению, портил репутацию Академии своим происхождением. Да… Весёлая учёба предстоит, хотя… мне плевать. Справлюсь!
Вместе с Заком мы поднялись на пятый этаж:
- Завтра вместе идём на лекции. Во избежание, как говорится…
Я вопросительно подняла бровь.
- Думаешь, мне нужен защитник? – уточнила, глядя ему прямо в глаза.
- Без разницы, твоё мнение не в счёт. Я Зак Риль и делаю то, что посчитаю нужным. А в данный момент я уверен, что должен защищать от посягательств свою… соседку.
- Гордец, как и все вы… кариллианцы, - презрительно бросила я, скрываясь за дверью.
- Ты одна из нас Лиана, хочешь ты этого или нет... – донеслось мне вслед.
Окинув взглядом аскетичную комнату, выбрала кровать расположенную ближе к окну. Хотя, какая разница? Подругой я навряд ли обзаведусь. Надо будет разобрать ненужное спальное место, освободив пространство. Разложив немногочисленные вещи по полкам скрытого в стене шкафа, я ещё раз примерила купленную отцом форму, оценив свой внешний вид со стороны. Вполне даже ничего, может быть в ней я сольюсь с остальным потоком курсантов и не буду привлекать к себе ненужное внимание. Собрав волосы в объёмный пучок, я продолжала вертеться перед зеркалом, когда внезапно услышала, как в замочной скважине со стороны коридора кто-то повернул ключ.
Обернувшись я с изумлением взглянула на непрошенного визитёра. Ничуть не смущаясь порог переступила девушка, за спиной которой висел огромных размеров рюкзак. Высокая, с развитыми мышцами она смотрела на меня яркими глазами, горящими словно изумруды, то и дело сдувая со лба непослушную рыжую чёлку. Некрасивые грубые черты лица её не выражали неприязни или враждебности. Наоборот, в глазах незнакомки читался едва скрываемый интерес к моей персоне.