—Завела волынку,—фыркнула Карина. —Зачем?
—Соображай, дурында! Я объясняла, но для недалеких могу повторить еще раз. Я не собираюсь оставаться в обществе низкой категории. Элита, если в доверие втереться, и обеспечит, и от армии по окончании школы год по их прихоти отнимут, а то и вообще служить не призовут, и в институт устроят... Но тебе беспокоиться не о чем. Я и Эля займемся налаживанием контактов, ты все равно бесполезна в этом плане.
—Я, в отличие от некоторых, не собираюсь вешаться на кого-то и работать еще способна.
—Не заливай, ты без нас мало на что способна.
—Вот что вы обо мне думаете...—проговорила Карина, чувствуя, как чаша терпения трескается, глянула на Элю, которая быстро-быстро замотала головой, нервно поглядывая на подругу. —Фильтруй что говоришь. А то как бы твоя обожаемая элита не услышала чего лишнего. Да и чего толку к ним лезть? Никто в здравом уме не будет обеспечивать рандомную первогодку, и уж тем более не будет распространять на нее свои льготы.
—А чего сложного то? У нас прекрасные глаза, миловидная внешность и приятные мелодичные голоса. Ты, главное, не таращь глазищи свои, выглядят они откровенно страшно, и волосы выпрями... А лучше не ошивайся с нами в принципе, чтобы никто не подумал ничего лишнего.
—На километр не приближусь, не волнуйся,—прошипела Карина, начиная краснеть. Янтарные глаза засверкали огнем. Недобрый знак. Совсем не добрый. И девочки об этом знали.
—Вот и умничка,—Юля довольно улыбалась, поглядывая на Элю с круглыми глазами под стеклами очков. —Не порть нам ничего, и тебе кусочек какой перепадет.
—В любом случае, было бы здорово оказаться в одном отряде,—сказала Эля, будто пытаясь смягчить обстановку. —Или хотя бы на одном факультете.
—А то Карине туго придется,—хмыкнула Юля.
—С чего бы это?—Карина подняла брови. И без того полная чаша терпения пополнилась. Первые струи потекли по фарфору.
—Ты же гордая одиночка, кто ты без нас?—Юля усмехнулась, после перевела сердитый взгляд на Элю, которая довольно сильно дернула ту за косу.
—Перебор,—тихонько шепнула она,—Юля, перебор...
—С чего ты взяла, что я ничего без вас не смогу?—Карина продолжила сверлить глазами Юлю. Треск фарфора почти отчетливо ей слышался.
—Я разве не права? Социализироваться самостоятельно ты не можешь или не хочешь, а если у тебя всегда будет такое лицо, вот как сейчас, к тебе и подходить не будут. Ты серьезно думаешь, что кроме нас с тобой кто-то согласится общаться?—Юля достала из рюкзака упаковку мармеладок, закинула несколько штук себе в рот, после протянула и Карине. — На правду не обижаются. Бери, не дуйся.
Карина угощение не приняла, лишь продолжала смотреть на нее исподлобья, слегка наклонив голову в сторону. Юля засмеялась. Эля отвела глаза и поджала губы.
—Если захочу...—начала Карина, но Юля ее перебила.
—Захочет она, как же,—она снова засмеялась. —Одним желанием ничего не добьешься. Хотя в твоем случае, даже если работать, ничего не выйдет. Радуйся, что мы тебя подобрали тогда, в первом классе. Хоть на что-то стоящее похожа стала.
—Юль, прекрати,—Эля взяла ту за руку,—не надо сейчас.
Карина гневно сверкала глазами. Все. На этом все. Лопнуло, раскололось, рассыпалось терпение на мелкие кусочки.
—Карин, фактически это мы тебя сделали, собрали характер, даже внешность. Только благодаря тому, что мы когда-то обратили на тебя вни-ма-ни-е, так что я жду благодарности...—Юля не договорила.
—Слишком большую цену ставишь,—язвительно зашипела Карина, стараясь не переходить на крик. —Черт меня дернул с вами связываться...
—Черт нас дернул тебя подбирать,—съязвила в ответ Юля и глубоко вздохнула. —Одно и то же каждый раз. Ты на ошибках будешь учиться или нет?
—Буду. Глаза бы мои вас не видели. Подавитесь своей элитой,—она вскочила на ноги, обе девочки вздрогнули,— все лучше, чем с такими, как вы,—после резко развернулась и пошла к своим вещам, где все еще сидела Аня.
—Полюбуйся! Что я и говорила!—крикнула вслед Юля. Эля начала сердито говорить той что-то, но Карина уже и не слышала. Она вернулась к Ане, все еще сидящей на чемодане. Утро началось паршиво, что Карина ожидала в последнюю очередь, все же первый день совершенно другой жизни, новых правил и обязанностей. Не должно это событие начинаться так. Слова Юли ее часто раздражали. А сейчас вывели из себя окончательно. К неуместным колким высказываниям от нее и Карина, и Эля привыкли, но смирилась с этим только вторая. Карине они действовали на нервы, что Юле как раз весьма нравилось. И сколько бы Эля не говорила ей не обращать на это внимание, так как именно ее реакция служит мотивацией ее подкалывать, поделать она со своими эмоциями ничего не могла. Чего она добивается? Неужто ее злости? В таком случае сегодня она достигла пика своих возможностей...