* * *
Поставила пластинку с каким-то безымянным произведением уже шестнадцатый раз. Пластинка находилась в обычном бумажном конвертике, без единой надписи или хотя бы марки фирмы, которой она была выпущена. Что-то вроде джаза. Карина не особо вслушивалась. Вечером женщина, имя которой ей так и не удалось узнать, принесла поднос с едой и быстро выбежала. Больше никто не заходил. Еда была со странным привкусом. Впрочем, неважно... Снова скучно. Снова гнетущее ощущение опасности. Давящие стены. Запертая дверь. Гудение тишины. Как в первый день периодически дергала ручку. Как в первый день — безрезультатно. Пластинки убрала ближе к семи утра. Легла в полвосьмого. Стала засыпать к восьми. В пол девятого принесли завтрак. Разбудили, видя, что она не собирается просыпаться самостоятельно и тут же вышли. Вроде, двое. Вроде, женщины. Умылась. Долго смотрела на себя в зеркало. Выпила холодный чай. Все равно на странный привкус. Поковыряла творог и съела сыр с тостов. Легла. Голова раскалывалась, уснуть получилось только часа на два. Проснулась, снова поставила пластинку. На конверте написано “Вальс цветов, П. И. Чайковский”. Заиграл реквием. Видимо, перепутала упаковки. Устало посмотрела на коробку с винилом и разбросанные рядом пластинки в конвертах. Махнула рукой и села за письменный стол. Открыла второе издание истории. Раза два прочитала один и тот же абзац. Отложила учебник, достала тетрадь и стала заполнять очередную схему из теории магии. Выходило что-то явно неправильное. Не может импульс вырабатываться из спинного мозга, оттуда он расходится по сосудам и венам, а образуется в мозгу, в мозжечке...
—Соображай давай!—Карина хлопнула себя по щекам. То, что, возможно, план, разработанный более десяти лет назад, доведут до конца, завершив последний его пункт, не избавляет ее от обязанности учиться. К тому же, она все еще надеялась, что результаты исследований оказались ошибочными, и она вернется к отряду... А значит, программу пропускать нельзя.
Принесли обед и забрали готовые задания. Учителей больше не пускали. Оно и неудивительно. Ближе к вечеру передали блокнот для записей снов. На первой странице, поверх прыгающих через забор овечек и пса Ольга нарисовала звезды и месяц. После записанного сна — довольно красивый горностай сидел в траве. Новый рисунок никакого отношения к записи не имел. Почему-то на душе стало спокойнее. Но, к сожалению, на время.